Автор
В дешевом такси я оказываюсь возле величавого жилища. Кровь холодно бьется в щеках от сырого весеннего ветра и стыда. Пришла бы я туда сама — ни за что на свете. Но неожиданность: ребёнок в детской переноске – это не просто детство, это непреодолимая причина. Атмосфера дома напряжена и загадочна, как яркий забор с кованой дверью, за которым скрывается хозяин....
Ой, я, наверное, каждый месяц буду такие делать, когда у нас появится малыш!
В голосе матери восторг. А я громко закашливаюсь. Сухие крошки от хвороста царапают горло, глоток чая его обжигает. Мне не хватает кислорода. Какой еще малыш?!
– Вон, еще первого не вырастила, – усмехается папа.
А я даже не могу его одернуть. Мне бы хоть вздохнуть.
– Ой, Костик, Костик! Сейчас водички принесу…
Так, с меня хватит. Отметился. Поднимаюсь на ноги. Выпечка наконец прекращает свою пытку и комом падает внутрь меня.
– Кхм, мне пора.
– Подожди, я тебе с собой соберу!
Если бы не Лина, не ждал бы. Но внутри нелогичное и сильное желание порадовать девчонку. Почему–то уверен, домашнюю выпечку она не ела давно.
Пока мама хлопочет, накидываю в прихожей куртку. Из гостиной показывается папа.
– Что это ты стал таким нежным…
– Отец! – перебиваю. – Хватит! Ты, может быть, не согласен, но я – вырос! Я многое прошел и… Сейчас у меня хватает дел. И мне есть чем заняться, а не выслушивать твои замечания. Я взрослый человек!
Мат себе не позволяю, а может, и хотелось бы.
– Данилову позвони, – скупо роняет папа и уходит назад в большую комнату.
Мама появляется с бумажным пакетом.
– Держи, сынок. Я как–нибудь заеду.
– Мам, не надо пока приезжать.
Такое чувство, что я приехал поссориться с родителями. Но мама более гибкая. Хлопает ресницами.
– Ты не обиделся? Или что? – она с любопытством щурится.
""Или что"" сейчас, наверное, катает коляску вокруг дома.
– Ма, все норм. Я если что сам забегу.
Мама качает головой. Всплескивает руками.
– Вот, уже забежал! Ну как скажешь. Пока–пока.
Она тянется, чтобы чмокнуть меня.
Прощаемся. Спускаюсь во двор. На фоне последних событий моей жизни препирания с отцом – не сильный удар. Да они и не в нове. Просто вскипело раздражение.
Впрочем, ссорились мы и раньше. Но сегодня внутри поднялось сильное желание отстоять свои границы. Дать понять раз и навсегда, что я не маленький ребенок.
В дороге обратно включаю музыку погромче. Хочется приехать домой совершенно спокойным.
И у меня получается. Только дома кое–что заставляет пульс встрепенуться.
Захожу, в особняке тишина. Во дворе и возле я тоже не заметил Элину с мелким.
