Автор
В дешевом такси я оказываюсь возле величавого жилища. Кровь холодно бьется в щеках от сырого весеннего ветра и стыда. Пришла бы я туда сама — ни за что на свете. Но неожиданность: ребёнок в детской переноске – это не просто детство, это непреодолимая причина. Атмосфера дома напряжена и загадочна, как яркий забор с кованой дверью, за которым скрывается хозяин....
Наверху? Или… все–таки она решила уйти? Не знаю, почему именно эта мысль лезет в голову. И коляска стоит вон в углу прихожей.
Прохожу в гостиную. Вопрос снят. Вон они, мои гости – оба прикорнули на диване.
Лев на какой–то подстилке с мягкими, набитыми ватой краями. Ближе к спинке широкого дивана. Элина с краю. Лежит на спине, одна ладошка на животе, другая рука согнута и схватилась за подушку. Я присаживаюсь у девушки в ногах.
Думаю, сейчас проснется. Но Лина очень крепко спит. Даже не вздрогнула. Только вздохнула глубоко и пошевелила губами.
Черт, я вспомнил, какие они на ощупь! Немного шершавые, самую малость. Но если облизать их и подмять, становятся невероятно мягкими. Податливыми, как и она сама. Но не доступными… А откликающимися что ли. Чувственными. Дарящими одновременно экстаз и покой."
"Так, я забираюсь не в те дебри. Однако поздно. Сглатываю накопившуюся слюну. Глазами прохожусь по стройной расслабленной фигурке. Футболка бледно–розового цвета (почти как ее кожа), серые треники.
Лапать спящих девушек не в моей привычке. Хотя… В последнее время я очень часто поступаю не как обычно.
Пробегаюсь глазами по пальчикам ее ног. На ногтях нет лака, они просто аккуратной прямоугольной формы. Тоже чуть розоватые. В этой девушке нет совершенно никакого лоска. Но женственность, кажется, льет через край. Даже несмотря на юный по сути возраст и некоторую худобу.
Костлявой ее, впрочем, никак не назовешь. Все округлости на месте… Так! Пытаюсь себя ругать, но никак не получается перестать смотреть. Я получаю от этого странное удовольствие.
Хотя почему странное? Я молодой мужик, Элина – крайне милая девушка. Другое дело, в нашей ситуации мне бы не задумываться, что она такая. Чтобы не усугублять. Но я сижу, смотрю и именно об этом думаю.
Ее кожа, как уже успел заметить, светлая. При черных глазах и довольно темных волосах она выглядит еще более нежной, почти прозрачной.
Мысли, как будто я сам двадцатилетняя девчонка. Уж лучше продолжу пялиться.
На ее руках ногти тоже просто коротко подстрижены. На себе я борозд после не заметил… Да она и не впивалась в меня пальцами. Касания ее были осторожными. Робкими даже. Хотя было заметно – ей нравится меня трогать.
