Автор
В Османе прячется слабость, которая может разрушить великий имперский дом. В каждой главе мы погружаемся в его секреты и мечты, оставаясь на шаг впереди заговоров и узурпаций. Здесь атмосфера плотная и напряженная, где каждое слово имеет значение, и каждый выбор оказывает влияние на хрупкую равновесную структуру империи....
Похоже, «Осман. Его маленькая слабость (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ну на камеру я тоже могу снять что угодно, суть же в том, что ее… прости, брат, невинность можно доказать. Ее же не тронули, так?
Прикрываю глаза, чувствуя, как вместе с кровью в виски ударяет и злость.
— Нет, не так…
— Ман? Что? Ты серьезно?
— Да, черт, не знаю.
— Так было или нет?"
"— Дин, она мне позвонила в слезах, ничего толком не объяснила. А когда я задал твой вопрос, разрыдалась еще сильнее и бросила трубку. Поэтому я и не знаю, что и думать. Ребят своих запряг, чтобы глаз с нее не спускали, двое уже полетели в Вену.
Динар задумчиво трет подбородок.
— Осман, ну ты тоже хорош, сразу с наезда небось начал?
С каких пор Багиров стал моралистом?
— Да нормально я с ней разговаривал. Понимаешь, я теперь уже не в чем не уверен. Ками сбила меня с толку. Но я не могу оставить ее одну, полечу на выходных. Я бы прямо сейчас сорвался, если бы не совет директоров, назначенный на завтра.
— И поэтому ты отправляешь своих решал? Хочешь, чтобы девчонка окончательно испугалась и наделала глупостей?
— Багиров, ты теперь моя совесть, что ли, не пойму? — бросаю на друга мрачный взгляд.
— Даже если так? Я просто хочу тебе помочь, Ман. Слушай, если хочешь, я могу полететь в Вену и уладить все с Камилой?
— Уладить? Это как?
— Ну хотя бы поговорю по-дружески, попробую узнать, что случилось. Не думаю, что она расскажет все старшему брату, если, например, у нее действительно что-то было, — говорит Динар и добавляет, заметив, как сжимаю стакан в руках: — Ну а что? Ты хотел ее к доктору вести, чтобы наверняка? И травмировать психику?
— Нет.
Эта вся ситуация настолько сложная и давит морально, не давая спокойно дышать.
Ками, Ками. Глупышка моя.
Вообще… Динар дело говорит. Ками, между прочим, всегда относилась к нему хорошо, когда была мелкой. Я даже иногда думал, что моя младшая сестренка влюбилась в моего друга, но почти сразу отметал эту мысль.
Да и Багиров, я уверен, никогда бы не стал играть с ее чувствами, это он с виду только весь такой высокомерный сноб и неугомонный кутила.
— Если ты полетишь к ней, я буду благодарен как никогда, брат.
— Да брось, я делаю это не ради благодарности. Тогда завтра вылетаю первым же рейсом.
— Спасибо.
Чувствую, что меня окончательно развезло от напитка. А еще вымотало от этого морально тяжелого разговора.
— Дин, ты не против, если я сегодня у тебя перекантуюсь?
— Мой дом — твой дом, ты же знаешь, Ман?
— Спасибо.
