Автор
В Риналлии, где восемь братьев и сестер разделяют одну маму, каждое слово взаимных претензий становится частью бесконечного спора. Непосредственный голос матери заполняет каждый угол дома, заставляя детей скрываться или вступать в ставки на громкость звуков. Вместе с этим уникальным даром Риналлии приходит осознание собственного таланта - я, как и моя мама, способна заглушить любые голоса....
Оскорблять лучше при его людях, а иначе еще не поздно меня опоить.
Я дрожала от гнева и отвращения. Сдерживала себя из последних сил.
Замира сама набросила мне на плечи легкий плащ, укутывая, и расправила складки корфы. В ее глазах я видела скрытую ревность – все же она сама, своими руками готовила соперницу к свадьбе. Жаль, что фанатичная преданность мерзавцу была сильнее и она во всем его слушалась.
Меня вывели на улицу. Внутри шахты было сумрачно, и солнце, садящееся над горами, ослепило. Осмотреться мне не дали, схватив за предплечье и потащив в сторону редкой рощи.
– Слышала, что за неправомерное ношение формы стражи наказание – смерть, – произнесла я, желая выяснить, есть ли среди заговорщиков стражники.
– Я настоящий акиф, и они составляют мою стражу, – напыщенно заявил Довлат.
– Только Зейд во дворце, а вы, как крыса, прячетесь по норам.
В ответ на мое замечание хватка на предплечье стала железной.
– Еще одно слово, и я тебе язык отрежу.
Да что ж они все такие кровожадные!"
"Тут я с испугом заметила у деревьев троих людей. Один – явно жрец Предка, судя по белой хламиде и расшитой золотом с драгоценными камнями безрукавке. С ним было двое мальчиков в одежде прислужников. Сердце испуганно забилось.
– Зачем мы идем к деревьям? – стала упираться я.
– Ну как же, вы брачные церемонии у деревьев проводите.
– Нужна абелия!
– Неважно, – цедил Довлат, таща меня за собой.
– Очень важно! Иначе брак недействительный.
– У меня разрешение повелителя эльфов.
– Ложь! – закричала я. – Это подделка!
Шаг ускорился.
– А Замира знает, что у вас уже есть первая жена? – громко спросила я, оглядываясь в поисках жены акифа. К моему сожалению, та только выходила из шахты, задержавшись, чтобы укрыть лицо корфой.
– Заткнись! – Довлат остановился и сжал мою шею рукой так, что пришлось привстать на цыпочки.
Он отпустил, а я закашлялась, жадно хватая ртом воздух. Окружающие воины только подшучивали, что в семье сразу стоит показывать, кто в доме хозяин. Так и хотелось крикнуть, что я ему не жена, но сил хватало лишь жадно дышать.
Меня притащили к деревьям, и Довлат властно бросил:
– Начинайте!
– Дети мои, властью, данной мне нашим Предком…
И тут я поняла, что шутки кончены. Сейчас нас свяжут браком.
