Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
Если у нее сильные ожоги, то должна быть кровь или сукровица. Конечно, все мог забивать запах травяной мази.
– Хотя здесь пахнет старой смертью, – добавил Саар.
Я сдвинул тряпицы с лица и пальцем провел по коже, убирая густой слой мази. Под ней не было и следа повреждения.
– Что же ты такой догадливый, – с досадой произнес Завир, обнажая оружие.
Я отступил от постели, держа в поле зрения девушку и наемника. Первая открыла глаза, запахивая сорочку, и смотрела уже осознанно. В глубине глаз плескался страх.
– Если хочешь жить – не шевелись, – приказал ей.
Девушка испуганно замерла, а я сосредоточил внимание на Завире, следя за ней лишь краем глаза. Ослушается – сам прибью. Жалости к обманщице не было.
– К чему этот спектакль? – задал вопрос Завиру."
"– Мы бы ограничились лишь суммой выкупа, признай ты девку.
– Не боишься, что это тебя выпотрошат за такие шутки? – хмыкнул Саар, сжимая оружие, но не нападая пока без приказа.
– Дом окружен. Вокруг отряд отчаянных парней, вам не уйти.
Быстрый взгляд телохранителя и его едва уловимый кивок подтвердили, что мерзавец не блефует.
– Не опасаетесь местных разбудить? Или они с вами заодно?
– Местные спят вечным сном уже свыше двенадцати лет.
Мы опять переглянулись с Сааром. Неосознанно Завир сам развязал нам руки. Тот же, чувствуя себя все уверенней, начал диктовать условия:
– Сейчас вы отправите своего телохранителя в город, и он привезет нам выкуп. Скажем так…
На миг он задумался, но дальше мы не стали слушать.
– Господин, вы позволите размяться? – Саар повел головой, разминая шею и демонстративно хрустя позвонками.
– Нет. Сам хочу. Устал сдерживаться, – отказал я, сбрасывая личину и возвращая истинный облик.
Завир выпучил глаза, а от меня по полу стремительно пополз иней, охватывая все вокруг. Наемник попытался бежать, но так и застыл, скованный льдом. Встретивший нас мужик успел лишь крепко выругаться, как и сам превратился в ледяную статую.
