Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
Где-то на описании груди третьей жены я толкнул дверь в комнату, из которой доносился шум.
Она была большой. А еще насквозь пропахшей настойкой Рэма и пластами дыма от аронских сигар. Такие курили кок и Птиц. Они и сейчас смолили между приступами хохота.
Я же застыл, не веря глазам. Среди моих ребят сидела Арлиса. Ее волосы выделялись ярким пятном. В несуразном сером платье она все равно выглядела королевой.
И эта наррова королева сейчас подгребала к себе груду монет разного достоинства. Ее дружок сидел в стороне и смотрел на нее так, как будто видел впервые и не мог поверить своим глазам.
Тролль молча двинул Птицу в челюсть, отчего тот перелетел через голову и устроился под окном.
– Нокаут! – хлопнула в ладоши Арлиса. – А у меня пятьдесят серебрушек!
Тут она увидела меня и осеклась.
– Кэп! – воскликнул Рэм. – Присоединишься?
– Что здесь делает моя женщина? – прорычал я.
– Находится под чуткой охраной, – не смутился Рэм. – Ты что, кэп, мы с нее глаз не спускаем. А то мало ли… постояльцев тут много. Пришлось спать разогнать, чтобы не мешали.
– Я вижу! – отметил едко. – А напоили, чтобы она с места не сдвинулась?
– Она, между прочим, здесь! Ик…"
"Я лишь выдохнул сквозь сжатые зубы, когда Арлиса встала и подошла нетвердой походкой ко мне.
Она выглядела ужасно волнующей и невыносимо пьяной. Запах Рэмовой настойки, казалось, пропитал всю комнату.
– Марш в комнату! – рявкнул я.
– Не-е-ет! – пропела Арлиса, еще и пальцем помахала перед моим носом. – Ни. За. Что!
Мои ребята притихли, переводя взгляды с меня на Арлису. У Рэма аж глаза блестели в предвкушении разборки.
Они серьезно?!
Я молча перехватил Арлису, перекинул ее через плечо, а остальным бросил:
– Через полчаса выдвигаемся.
Если эти пьяные рожи решили отоспаться в теплых постелях, то их ждал сюрприз. На весла в целях наказания! Они мне такую намечающуюся ночь испортили, споив Арлису.
– Пусти! – По спине ударил кулачок. – Беззаконие!
– Точно, Огонек! – согласился я. – Мы вне закона. Смирись с этим.
– Не называй меня так! – выдохнула она, а у меня кровь хлынула куда-то вниз.
