В темном и напуганном доме доносятся голоса, а Наташка сомневается в безопасности выйти. Опорачиваясь на старое кресло, героиня решительно встает, заставляя подругу прокомментировать опасность свирепым фырком и предостережением о бабке Соне.
— Конечно, мой мальчик, — тут же засуетилась мадам Далия, подхватив подол платья, рванула впереди нас, забыв обнять любимого сыночка, — сейчас распоряжусь подать.
— Тёмной будет мало, — заметила я, возмущённая до глубины души такой наглостью.
— Согласен, — прохрипел Фрэнк, приходя в себя, многообещающим взглядом посмотрев на Кейна.
— Ты меня любишь! Твоя нежная натура не сможет лицезреть, как я страдаю, — нахально заявил муж, подхватив меня под руку, добавил, — мадам, позвольте вас проводить.
Ужин в замке мадам Далии прошёл очень продуктивно.
После ужина я мерила платья, когда с меня сняли, наверное, по счёту двадцатый наряда, я перестала отслеживать их количество.
— Эмма, ты как? — прошептал Кейн, заглянув в комнату, где я уставшая, помятой тряпочкой, раскинув руки, лежала вниз лицом на кровати.
— Пожёванная, измученная, но не покорённая, — просипела в одеяло, даже не повернув голову в сторону мужа.
— Сочувствую, три дня потерпи, и мы отправимся назад.
— Угу, — сонным голосом пробормотала, с трудом разлепляя глаза.
— Ты устала, ложись спасть, завтра к его величеству отправимся.
— Во сколько?
— В двенадцать, — ответил муж, стаскивая с меня одежду, самостоятельно я бы уже не справилась.
— Отличное время для завтрака, — невнятно проговорила, сворачиваясь клубочком под бок мужа, согреваясь тёплом его тела, тут же отключилась.
Проснувшись, я не сразу поднялась с постели, решив немного понежится. Утренние лучи, проникая сквозь прозрачные занавески, заливали комнату мягким, приветливым светом. До второго этажа доносился разноголосый щебет птиц, а в чуть приоткрытое окно просочился сладкий аромат цветов.
