В темном и напуганном доме доносятся голоса, а Наташка сомневается в безопасности выйти. Опорачиваясь на старое кресло, героиня решительно встает, заставляя подругу прокомментировать опасность свирепым фырком и предостережением о бабке Соне.
А у двери стоял горшок, в котором пышной шапкой рос и цвёл ярко-синими цветами невысокий кустик.
— Рада вас видеть в моём магазинчике готовой одежды, меня зовут Исла, я хозяйка этого волшебного места, где возможно всё, — протараторила девушка, чуть старше меня, радостно улыбаясь, — вижу, вам не по нраву пришёлся товар Арчи. Но это и понятно, настолько уточенной даме как вы, не к лицу носить эту вульгарность, что он называет платьями. Да ещё требуя за свой товар немало монет, пользуясь тем, что вы не местная и не знаете истинной стоимости его нарядов.
— Хм… добрый день, — поприветствовала я, успев вставить два слова в этот бесконечный поток, представилась, — Эмма Барлоу.
— Графиня Эмма Барлоу, хозяйка поместья Керин, — не выдержала Молли, такого пренебрежения к своей госпоже, выпалив обо мне важные, по её мнению, сведения.
— О, прошу прощения ваша светлость, такая честь для меня, принимать вас в своём скромном магазине, — присела в реверансе девушка, искоса поглядывая на меня. Я же, сердито нахмурив брови, с трудом сдержалась, чтобы не выругаться на Молли, которая усложнила мне, итак непростую задачу.
— Исла, я буду с вами откровенна, — начала я и замолчала, прошлась вдоль развешенных платьев, поднесла к свету сумочку, сшитую из ткани лавандового цвета в форме мешочка, выдержав паузу, продолжила, — я задумала одну авантюру… но мои родные не поддерживают меня, поэтому единственный выход продать — мои платья.
— Но…
— Не спешите отказываться, ведь вы не видели, о каких я веду речь, — прервала девушку, заметив её удивление, — то что на мне надето для конспирации, а наряды, сшитые по последней столичной моде, откуда я спешно прибыла два дня назад, лежат в чемоданах.
— Вот как, — тихо проговорила хозяйка волшебного магазинчика, заговорщицки улыбнувшись, наверняка надумав себе невесть чего, но переубеждать я её не стала. Девушки питают слабость к историям про несчастную любовь и прочую ерунду.
— Арчи я даже предлагать не стала, — продолжила, печально вздохнув, — боюсь, он не поймёт женской натуры, когда ради счастья добровольно лишаешь себя комфорта.
— Да-да, — быстро закивала головой Исла, по-моему, даже шмыгнув носом, — мужчины… они такие чёрствые.
— Именно, — обрадованно воскликнула, словно нашла в её лице поддержку, — вы понимаете меня и к кому мне ещё обратится со столь деликатным вопросом, как не к вам.
— Конечно ваша светлость, уверена, мы быстро разрешим эту затруднительную ситуацию.
