Она выдохнула, чувствовала, как грудью прижимается к его груди. Костя навалился на неё, и дышать становилось всё труднее.
— Я ненавижу тебя. — Это вырвалось само собой, от отчаяния и беспомощности, шёпот, а потом его губы на её губах, а пальцы ослабли, и спустились с её шеи к груди. У Нины вырвался отчаянный стон, а Костя просто спустил ткань рубашки вниз и прижался губами к её груди.
Зубами сосок сжал, а потом втянул глубоко в рот. Нина судорожно вцепилась в воротник его рубашки, голову склонила и потёрлась щекой о его волосы. Но это была секундная слабость.
Дальнейшее напоминало лихорадочную возню обезумевших от страсти юнцов в подъезде.
Костя задирал ей юбку, запутавшись в оборках, чертыхался, она расстёгивала ему брюки, правда, потом опомнилась, вспомнила, где они и почему, а главное, что он наделал, попыталась оттолкнуть, но в тот момент уже была не в слишком выгодной позиции, чтобы сопротивляться.
Костя перехватил её руки, прижал к стене, навалившись всем весом, на какое-то мгновение оба замерли, глядя друг другу в глаза, а потом Костя её руки отпустил. Так смотрел на неё, пристально и зло, видимо, на самого себя злился, за то, что всё-таки возвращается. И Нина, осознав это, сама к стене прижалась, и не стала спорить, когда Шохин её под бёдра подхватил, приподнимая. Она ногами его обхватила, резко выдохнула, ощутив быстрое вторжение.
Смотрела ему в глаза, всего на мгновение их прикрыла, когда Костя пропустил между пальцев её распущенные волосы, а потом сжал руку в кулак. У неё вырвался первый стон, и она развела руки в стороны, не желая к Косте прикасаться. А он, понимая это, ещё больше злился. Целовал её шею, снова спустился к груди, одной рукой продолжая поддерживать под бедра, и раз за разом врезаясь в её тело.
Нина нащупала дверной косяк и вцепилась в него, рискуя обломать ногти. Продолжать злиться было всё труднее, тело реагировало, низ живота стал предательски тяжёлым, мужские губы на груди вызывали жар, а все силы уходили на то, чтобы не стонать. И не двигаться навстречу мужчине, не отвечать на его ласки. Она злилась, ненавидела, и хотела, чтобы он понял, прочувствовал, осознал… Она даже кончать не хотела, ему назло. И от этих мыслей оргазм пришёл неожиданно, и настолько острый, что едва не заставил её сдаться и повиснуть у Шохина на плече. Прижала руку к губам, крепко зажмурилась, удивляясь огромному количеству белых вспышек перед глазами. А пережив пик, снова уперлась дрожащей рукой в дверной косяк, дышала быстро, под стать стуку сердца, на поцелуй ответила, но довольно вяло, охнула, когда Шохин с силой вжал её в стену, и съехала вниз, когда он её отпустил спустя минуту. Костя стоял, держась за стену, дыхание переводил, и смотрел на Нину у своих ног. Потом отвернулся и принялся застёгивать брюки.