Автор
Солнце заливало крыльцо родительской дачи, и улыбка на лице Екатерины сверкала как весеннее золотое пятно. Вовка, старший брат, стоял рядом с шашлыками, время от времени громко выкрикивая приказы детям для того, чтобы не перебить соседей. Однако его беспокойство за безопасность всего посёлка подчеркивалось нежностью и юмором в каждом слове — он был всегда готов помочь, даже если это означало немного повышать голос....
Ариша отрицательно замотала головой, не отрывая ладоней от лица.
— Дай мне. — Костя шоколадку забрал, покрутил, не зная, с какой стороны удобнее открыть. Нина показала ему кулак, пока дочка не видела. Шохин удивлённо моргнул. — Что? Я со всеми поделюсь.
— Костя, это просто стыдно… есть шоколад у меня на глазах.
— Я же сказал, что поделюсь. — Он сунул дольку Арине под нос. И подразнил её: — Твоя любимая, с изюмом. — Потом наклонился и сказал: — Мы летим очень высоко. Там даже облака. Посмотри в окошко.
— Нашёл, чем успокоить, — негромко проговорила Нина.
— Мама!
— Я вижу, родная. Хочешь, поменяюсь с тобой местами? Ты к окошку, — куда тише продолжила она, — а я к дяде Косте. — Пересела в соседнее кресло, и взяла Шохина под руку. Тот ел шоколадку, и его не терзали по этому поводу угрызения совести, как Нину.
— Угу, — невнятно отозвался Шохин, перевернул страницу, увидел фотографию премьера и углубился в чтение. Нина в досаде вздохнула, наморщила нос и закрыла глаза, чтобы не видеть понимающий взгляд премьер-министра.
В гостинице их, а точнее, Костю, встретили, как родного.
— У меня встреча в два, — сообщил он, протягивая носильщику чаевые. Посмотрел на два чемодана и, наконец, закрыл дверь номера.
"— Там ничего лишнего нет, — заверила его Нина, с интересом оглядывая гостиную. Потом открыла первую дверь, заглянула в спальню, потом в другую, поменьше. А когда отдёрнула тяжёлую штору на окне, то невольно выдохнула: — Боже мой. — Знала, что они совсем рядом с Кремлём, но увидеть его из окна гостиничного номера — это удивительно.
