Автор
Солнце заливало крыльцо родительской дачи, и улыбка на лице Екатерины сверкала как весеннее золотое пятно. Вовка, старший брат, стоял рядом с шашлыками, время от времени громко выкрикивая приказы детям для того, чтобы не перебить соседей. Однако его беспокойство за безопасность всего посёлка подчеркивалось нежностью и юмором в каждом слове — он был всегда готов помочь, даже если это означало немного повышать голос....
Ты подпишешь?
Пашка явственно скрипнул зубами.
— Подпишу.
— Ну, и отлично.
— Ради неё подпишу.
— Другого я и не прошу. И не злись. Ты сам должен понимать, что ребенок не может не расти, не взрослеть, не может подождать, пока у тебя время появится. Арише нужна стабильность, как никому другому. И если рядом с ней будет человек, который способен ее контролировать, то что в этом плохого?
— Знаешь, что я тебе скажу, любимая? Ты слишком большого о нём мнения. Если тебе нравится с ним спать, это еще ничего не значит.
— А тебе это покоя не дает, да? Что я с ним сплю.
— Нин, ты специально?
— А ты? Тебе обязательно нужно сказать мне какую-нибудь гадость.
— Ну, какую гадость? — Павел даже ребром ладони по столу стукнул. — Я беспокоюсь о тебе.
— Если беспокоишься, то хорошо, спасибо. Я тоже о тебе беспокоюсь.
Он выразительно скривился.
— Обмен любезностями произведен.
— А что ты хочешь от меня? Мы живем с Костей два месяца, меня все устраивает. Что бы ты ни говорил, и как бы меня ни запугивал.
— Но ты ведь не думаешь, что он на тебе женится.
— Я не знаю, — честно призналась она. — Об этом еще рано говорить.
— Но женой олигарха стать не помешало бы, да?
— Сколько же в тебе яда, — пожаловалась она. — И Костя не олигарх.
— А кто?
Нина задумалась, потом скромно пожала плечами.
— Не знаю. И думаю, мне этого знать не нужно. А тебе и подавно. — Решила, что пора заканчивать столь бестолковый разговор, и вернулась к главному вопросу: — Ты подпишешь документы?
Пашка недовольно поглядывал на нее исподлобья, потом нехотя, но кивнул.
— Отлично. Завтра съездим к нотариусу.
— Все так серьезно?
— Это не я придумала, Паша.
— Хорошо. Только утром, после обеда у меня запись.
— Ты такой занятой, — улыбнулась Нина. Из-за стола поднялась, но прежде чем распрощаться и уйти, к бывшему мужу наклонилась и поцеловала того в щеку. Потом тихо спросила: — У тебя все нормально? Ты счастлив?
Пашка помедлил с ответом, потом голову назад откинул, чтобы посмотреть Нине в глаза.
— Похоже.
— Это хорошо.
— Знаю.
Она выпрямилась, взяла со стула сумку.
— Позвони мне вечером. И не меняй так часто телефонные номера. Пожалуйста.
Он через силу, но улыбнулся."
"— Мне стало определенно легче дышать, — сказала она Шохину на следующий день, проводив дочь и бывшего мужа до дверей. Пашка изъявил желание сводить Аришу в кукольный театр, даже билеты достал, что для бывшего супруга являлось настоящим подвигом.
