Автор
Кира наступила на подножие лестницы и задержала дыхание. Невысокий дом соседей выглядел покинутым: окна были тускло освещены, забор зарос хостой. Это было необычно — обычно Кирилл Багров приветствовал каждую встречу на улице. Кира знала его с детства и чувствовала себя неладно, глядя в отсутствие своего маленького друга....
– Я прошу тебя не нервничать и не злиться, но я должен спросить."
"Я как раз в йогурт огурец макнула, правда, теперь не могу поднести его ко рту. Не лезет. Тело сковывает, когда папа кладет на стол фотографию. На ней – Багров и я. Правда, лица Кирилла не видно. Широкие плечи в темно-коричневом джемпере занимают половину фотографии. Дальше изображена я. Буквально свечусь от счастья. Взгляд у меня горит, и улыбка такая искренняя. Можно было бы отвертеться, смотри я куда-то в сторону, но ведь нет, я на Багрова смотрю.
– Можешь не называть имени, дочка, – говорит папа. – Просто скажи, на сколько лет он старше?
– Папа…
– Кира, пожалуйста. Я знаю таких мужчин. Богатых, уверенных, взрослых. Он ведь не твой ровесник. Точно не твой. Часы на запястье за несколько миллионов, стиль одежды не молодежный, дорогая машина… Кира, сколько ему лет?
Глава 6
Кирилл
– Привет, – улыбается Софья, поднимаясь сразу, как я захожу в кабинет.
Шагает ко мне и останавливается, глядя снизу вверх с улыбкой.
– Я по делу, – добавляет. – Мне нужно, чтобы ты поехал со мной в больницу.
– А родители? – уточняю.
– Им знать необязательно.
Софья тяжелым грузом ответственности легла на мои плечи после того, как я позвонил Арсу с просьбой поднапрячь связи и узнать, через кого действует Арбатов. В обмен он попросил съездить за его сестрой и дал адрес. В доме, куда меня привел навигатор, оказался наркопритон. Софья не употребляла, что я потом проверил по анализам, но сам факт ее там нахождения, конечно, напряг.
– И что такого ужасного произойдет, если они узнают?
– Заставят избавиться от ребенка, – тихо говорит она.
– Ты беременна? – от шока у меня распахиваются глаза.
Впервые я увидел ее месяц назад. За это время она приходила ко мне всего несколько раз, но все эти разы она лишний раз демонстрировала, насколько еще ребенок. Ей едва исполнилось восемнадцать. Какой, к черту, ребенок?
– Только не говори никому, – просит.
– Твой брат должен знать.
– Нет, прошу… я сама ему скажу, когда узнаем точно.
– То есть ты еще и не уверена?
– Не-а.
Я немного выдыхаю, но все же напоминаю себе, что бдительность терять рано.
– Ладно, поехали.
Я забираю Софью и забираюсь вместе с ней в салон автомобиля. Она диктует Диме адрес и молчаливо утыкается носом в боковое стекло. Обычно она трещит без умолку, а тут – молча едет.
– Отец ребенка, знаешь, кто? – спрашиваю.
