Воспитанник детского дома и рядовой армии Говорков Савелий Кузьмич становится спецназовцем. В Афганистане он берет на себя опаснейшие задания, получая множество ранений. Но вера в справедливость и убеждение в том, что его усилия необходимы — эти ценности приносят герою не только страдания, но и славу, когда он становится Островом Бешеного — символом бесстрашия и непоколебимой правоты.
— Вы же говорили, что подъедете прямо в аэропорт? Удалось освободиться пораньше?
— Доброе утро, Ангелина Сергеевна! — Американец галантно склонил голову и приложился губами к ее руке. — Так получилось… — он был явно смущен. — Где Константин Иванович?
— В ванной, сейчас выйдет, — ответила женщина.
— Уже вышел, — отозвался Богомолов, — привет, дружище! Что, решил прямо от номера проводить?
— Да, пользуюсь любой возможностью побыть с тобой лишний час. — Майкл улыбнулся.
— Здорово ты приду… — договорить он не успел: раздался звонок телефона.
— А это наверняка Костик! — обрадовалась Ангелина Степановна.
— Слушаю, Богомолов! — продолжая улыбаться, сказал в трубку московский гость.
— Константин Иванович, это Щенников! — раздался знакомый голос одного из руководителей Администрации Президента.
Богомолов, как и было положено людям государственного уровня, по приезде в гостиницу сообщил своему помощнику полковнику Рокотову номер нью-йоркского телефона, чтобы в случае срочной необходимости его могли разыскать вышестоящие начальники.
— Доброе утро, Валентин Николаевич!
— Это у вас утро, а у нас в Москве поздний вечер, — устало возразил Щенников. — Вы уже в курсе?
— В курсе чего? — насторожился Богомолов: по тону Щенникова он сразу почувствовал, что случилось нечто из ряда вон выходящее и это «нечто» внесет коррективы в его ближайшие планы.
— Ничего себе! — удивленно воскликнул тот. — Генерал ФСБ, пребывающий в Нью-Йорке, то есть именно там, где произошло событие, не знает, а я, находясь за тысячи километров, знаю, — с сарказмом подколол его Щенников."
"— На то вы и руководство страны, чтобы первыми узнавать обо всем происшедшем, — спокойно возразил Богомолов. — Так что случилось такого в Нью-Йорке, что обязан знать генерал ФСБ раньше руководства России?
— Не обижайтесь, Константин Иванович, — смягчил тон Щенников, — просто меня это известие выбило из колеи.
— Господи, да о чем же речь? — Генерал начал раздражаться.
— Вчера в своей нью-йоркской арендованной квартире скончался Аркадий Романович Велихов!
— Велихов умер?! — невольно воскликнул Богомолов и укоризненно взглянул на Майкла, который, услышав последнюю фразу, несколько изменился в лице и растерянно пожал плечами, как бы говоря, что эту новость слышит впервые.
— Нам сообщили, что умер, если точнее, то сообщили следующее: «скоропостижно скончался». Знаете, Константин Иванович, что лично я всегда настороженно отношусь к подобным медицинским заключениям.
