Воспитанник детского дома и рядовой армии Говорков Савелий Кузьмич становится спецназовцем. В Афганистане он берет на себя опаснейшие задания, получая множество ранений. Но вера в справедливость и убеждение в том, что его усилия необходимы — эти ценности приносят герою не только страдания, но и славу, когда он становится Островом Бешеного — символом бесстрашия и непоколебимой правоты....
— Ничуть! Люди всегда вольны отказаться от той рискованной комбинации, которую я им предлагаю, в этом случае им ничто не грозит, но они сами лезут в петлю и пекло, потому что ими движет корысть и жажда быстрого обогащения. Прежде чем обвинять меня в жестокости и аморальности, выслушайте меня, мой дорогой Савелий Кузьмич. — Голос Широши зазвучал просительно.
Казалось, он все-таки нуждался в чем-то вроде оправдания и желал получить его именно от Савелия.
— Я готов выслушать вас и потом высказать вам свое мнение, если оно вас интересует, — сказал Савелий.
— Очень-очень, поверьте, очень интересует, — поспешил с ответом Широши. — Вы ведь все-таки Судья, назначенный Великим Космосом.
Тут Савелий подумал, что Широши, несмотря на всю свою фанаберию и бахвальство, немного побаивается его, Бешеного."
"— Так позвольте мне продолжить. Моя театральная антреприза отчасти напоминает пресловутую схему финансовых пирамид, — поверив в легкое и мгновенное обогащение, люди САМИ, подчеркиваю, САМИ — никто их не неволит — тащат этим прожженным жуликам свои жалкие сбережения.
— Среди них есть те, которых лично мне жалко, например пенсионеров, собравших последние крохи в надежде на чудо, — заметил Савелий.
— Это их трудности. В мои «постановки» люди несут не только деньги, но и собственные жизни. Так, кстати, очень давно произошло с вашими «любимцами» Велиховым и Рассказовым. Они САМИ предложили мне свои услуги — слишком велик был соблазн, а потом ловушка захлопнулась.
Все, что говорил Широши, открывая какие-то доселе неизвестные Савелию механизмы, было, безусловно, интересно, но вслух он нейтрально произнес:
— Для окончательных выводов мне не хватает информации.
— О, я много о чем, еще вам расскажу, но всему свое время. Боюсь, что несколько огорчу вас тем, что на острове вообще нет женщин.
Савелий, изображая полное недоумение и несогласие, пожал плечами.
