В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
Лерку прошиб холодный, когда подумала, сколько он вот так сидел, попивая кофе и глядя на нее спящую.
— Какого хрена ты здесь делаешь? Где Алекс? — хрипло проговорила она, придерживая на груди одеяло. — Тебя отец прислал? — Это было первое, что пришло ей в голову.
— Доброе утро, Валерия. Алекса нет.
— Сама вижу, что нет. Где он?
— Ему сейчас хорошо, он видит розовые сны. Лер, вот чего тебе не хватало? Ну, трахалась ты иногда с этими ублюдками, потом выпинывала их из своей жизни… Я решал твои проблемы, прикрывал тебя перед отцом, всё же было хорошо… Зачем ты с ним связалась? С ним — зачем?
До Леры начал доходить смысл его слов, а вместе с ним и оглушающая правда.
— Это ты типа так в чувствах мне признаешься? — ломко засмеялась она. — Какие проблемы, Беспалов? Любой работник отца делал бы то же самое. Ты ничего такого для меня не делал.
— Я даже Соломатину не стал докладывать, ждал, что ты одумаешься.
— Отец тебя на кусочки разорвет просто за то, что ты сидишь в моей спальне.
— Давай проверим.
Он взял со столика ее телефон и бросил на кровать.
Беспалов в этот момент тоже кому-то позвонил и, пока шли гудки, сказал:
— Скажешь отцу хоть слово — твой Алекс умрет.
На том конце провода ему ответили.
Соломатин тоже ответил на звонок дочери.
— Привет, папуля, — стараясь говорить спокойным тоном, сказала Лера, — звоню узнать, как у тебя дела… Да, сегодня мы обязательно увидимся…
Она положила трубку, так и не сказав ничего отцу.
— Я всегда чувствовала, что с тобой что-то не то…
— А разве ты можешь что-то чувствовать? — усмехнулся он. — Ты никого, кроме себя не замечаешь. Ты избалованная девочка, которой папочка всю жизнь потакал и которая никогда не видела дальше своего носа.
— Это ты про себя? — презрительно спросила она. — А кто ты такой, чтобы я тебя замечала? Ты шестерка моего отца. Ты быдло, выполняющее для него грязную работу.
Внезапно в голове Леры мелькнула догадка, и она сказала с еще большей ненавистью:
— Ах ты, мразина… Это всё ты… На Юлика покушение организовал. И на отца потом. Это всё ты, ублюдок сраный…
Беспалов погано ухмыльнулся, подхлестнутый новоприобретенным чувством собственной значимости.
— Двух зайцев убил. И отца твоего отвлек от расследования, и вас поссорил.
