В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
Но давайте отбросим эмоции, нам всем лучше успокоиться, я сейчас всё объясню… — он еще посмел ее успокаивать.
— То есть, ты положил как бы здорового человека к себе в отделение, — Лера и слушать его не собиралась, — впарил мне какую-то хуйню вместо настоящих анализов, а потом проебал, что твой как бы здоровый пациент в предынфарктном состоянии! Ну, я тебя поздравляю, док, ты в полной жопе! — Валерия не стеснялась в выражениях. — Ты теперь не только главным врачом не сможешь работать, ты вообще врачом не сможешь работать! Даже в поликлинику терапевтом не устроишься!
После этих слов доктор покраснел и вздохнул:
— Ваш папа мне то же самое сказал, когда я отказался в этом участвовать.
— А со мной ты вообще не договоришься, я тебе не папа, я тебя в порошок сотру! — рявкнула она.
— Лера, спокойно, — снова сказал Лёшка, взял ее за плечи и отодвинул от врача. — Сядь.
Лера вскинулась, собираясь спорить и противиться, но отступила.
Опустилась рядом с Натой на диван и сжала ладонью свой пылающий лоб.
— Да не ной ты уже, киса.
— Что я теперь буду делать, как жи-и-ить… — продолжала она.
— Нового богатого мужика себе найдешь.
— Я беременна-а-а, — взвыла она.
— Чего?! — Лерка глянула на нее.
Киса притихла.
— Того…У меня будет ребеночек от Альберта Сергеевича.
— Какой срок?
— Девочка будет, — ответила Ната с улыбкой.
— Хренасе. А он знает?
— Нет еще.
— Ага, а ты не решила его заарканить, — поязвила Лера. — Боялась она…
— Ой, кто бы говорил…
— Заткнись лучше, — прошипела Соломатина. — Или тебя тоже насиловали?
— Прости, — всхлипнула она. — Я случайно. Вырвалось.
Выдохнув, Лера обняла ее за плечи и прижала к себе.
— Всё, успокаивайся. Нельзя сейчас нервничать, а то придется и для тебя доктора искать.
— А ты не против, что у тебя сестричка будет?
— Ты, главное, нам котенка не роди.
— Не издевайся, — снова всхлипнула Ната, но уже спокойнее.
Когда Натка угомонилась и перестала лить слезы, Лера позвонила Матвею.
— У отца инфаркт, — сообщила без обиняков.
— Как? — спросил Матюша, голос его был растерянным. — В смысле?
— В прямом, блять! И не говори, что ты был не в курсе всей этой херни, не поверю. Собирайся и лети домой ближайшим рейсом.
