В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
Слишком уж вольно девушка к нему обратилась, как будто они друг друга знали.
— И правда глаза голубые. Нашелся наш мальчик. Ты Полевой? — уточнила она на всякий случай, хотя Patek Philippe на его левой руке развеяли последние сомнения.
— Мы знакомы? — безо всякого выражения спросил он.
— Нет. Но нам и не надо. Пошли со мной.
— Развлечь меня хочешь? — усмехнулся.
Тогда Лера пригнулась и тихо проговорила ему на ухо:
— Если твой обожратый в расп*здину братик заблюет мне новую машину, я вам обоим бошки сверну. Так понятно?
После этого она развернулась и быстро пошла к выходу.
Они вышли на улицу и остановились у белого немецкого кроссовера.
Лера сняла машину с сигнализации и распахнула заднюю дверцу.
— Забирай.
Лёшка заглянул в салон.
— Он же в говно…
— А я тебе о чем, — поддакнула Лера.
— Эй, Дуремар!
Полевой попытался растолкать братца, и ему это даже удалось. Он почти выволок его из салона автомобиля, но Юлик неожиданно согнулся пополам, и его стошнило.
Лера вытащила из бардачка пачку влажных салфеток и подала ему.
— Вытрись.
Полевой почистил обувь, вытер руки, выбросил использованные салфетки в урну, сунул пачку обратно в бардачок и уселся на переднее сиденье.
— Подвезешь до дома?
— Я?! — спросила она так, будто он попросил не домой его подбросить, а на другую планету.
— До Бульварной.
— Ну, окей, я ж только и занимаюсь тем, что мальчиков по адресам развожу.
— Прости, что доставили тебе так много хлопот, но тут десять минут…
— Всё, рот закрой, едем, — отмахнулась Лера от его извинений и села за руль.
— Если что, химчистка с меня, — пообещал Полевой.
К счастью, инцидентов не произошло, и Юлика они довезли благополучно.
По дороге Полевой пытался поддерживать добродушное общение, но девушка отвечала ему неохотно.
Он так и не вспомнил, кто она, хотя ее лицо казалось ему знакомым.
— Новая машина, говоришь. Сама заработала?
— Нет, — улыбнулась Лера, — папа подарил.
— А кто у нас папа? Вдруг я его знаю?
— Может, и знаешь. Меня, кстати, Лера зовут.
— Красивое имя. И сама ты красивая.
Она засмеялась:
— Ты тоже ничего, хоть и лысый.
Соломатина не лукавила. Полевой оказался весьма хорош собой.
