В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
Когда с размещением Юлия на ночь было покончено, Лера собралась уйти домой.
— Лер, а кофе? — спросил он.
Она помедлила и согласилась.
— Давай. Но, честно говоря, я бы что-нибудь перекусила.
— Без проблем, сейчас что-нибудь организую, — сказал Полевой и слегка коснулся ее плеча, подталкивая в кухню.
— Спасибо, ты такой милый, — рассмеялась Лера.
И опять у него появилось стойкое ощущение, что она над ним издевается.
— Думала, у папы поем, но не получилось.
— Так кто у нас папа? — непринужденно спросил Лёшка и взглянул на нее, всё еще надеясь получить ответ на свой вопрос.
— А папа у меня Соломатин, — ответила она и улыбнулась со спокойным превосходством.
— Тот самый? — решил всё же уточнить он.
Лера кивнула, чуть опустив подбородок.
Лёшка ничего не ответил, оглядел ее с головы до ног. Теперь по-новому, словно пытаясь собрать в единую картинку всё, что знал о ней, и что сейчас видел. На ноги глядел особенно долго — и она не мешала ему, стояла спокойно. Пусть смотрит. Давно привыкла к тому, как мужики на нее реагируют.
— Красивая ты, Лерка, — снова сказал он, но теперь это прозвучало по-другому, просто, четко и совершенно по-мужски. — Сдох бы за эти ноги…
На нее снова накатила та самая секундная беспомощность, и в груди как будто что-то взорвалось.
— Ты поосторожнее с желаниями, — сбрасывая оторопь, произнесла она, — они имеют обыкновение неожиданно сбываться.
Полевой всё еще не мог оторвать от нее глаз. Не помнил, чтоб они когда-нибудь лично сталкивались.
— Че, кофе не будет? — усмехаясь, спросила она.
— Че это не будет. Хочешь — крепкий, хочешь — сладкий, хочешь — с пенкой. Всё будет, — пообещал он и распахнул холодильник.
— Буду с пенкой. Можешь сильно не заморачиваться, яичница меня вполне устроит. Леший, это ты, что ли? — она уставилась на большое фото, висящее в простенке, который отделял кухню от гостиной.
— Ага.
Она не сразу узнала его. Оказывается, он шатен.
