В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
На снимке Полевой был с волосами, модно остриженными, волнистыми, редкого каштанового оттенка с золотым отливом.
— Можешь меня Алексом звать, если тебе удобно. Друзья меня так зовут.
— Я ж не твоя подруга. Алекс — это он, — ткнула на фото, — стиляга с красивой прической, а ты лысый. Ты — Лёха! — посмеялась она.
Полевой поскреб бритый затылок.
— Я только сегодня побрился, сам еще не привык. Башка мерзнет.
— А что случилось? — она взглянула на него с иронией, сняла с себя кожаную куртку, оставшись в майке и брюках.
— На спор.
— Вот дурак.
— Отрастут.
Пока они разговаривали, Лёха пожарил яичницу, сделал сэндвичи, сварил кофе и накрыл на стол.
Лера уселась на барный стул и отхлебнула из своей чашки.
— Странно, что мы ни разу не встречались, — задумчиво проговорил он.
— Ничего странного, — ответила она. — У нас с тобой разные интересы и разный круг общения.
Лера непринужденно поедала свой ужин. Полевой тоже молча пил кофе. После того, как эмоции улеглись, рассеялись все случайные чувства, им вдруг стало удивительно легко друг с другом.
Лера подтвердила его ощущения. Отодвинув от себя тарелку, она взяла чашку и уперев локти в стол, сказала:
— Хорошо с тобой, Лёха, но мне пора.
— Оставайся, раз хорошо. Не уходи.
Она остановила на его лице внимательный взгляд. Снова утонула в его ярких голубых глазах.
— Ух ты какой. Сразу с места в карьер.
— Ничего такого. Мы вроде поладили. Чем не повод продолжить общение?
Она рассмеялась низким красивым смехом:
— А я уж подумала, что ты мне пошалить предлагаешь.
— А есть такое желание? — рассмеялся и он.
Лера покачала головой и чуть скривилась:
— Не. Я… как бы это сказать… не из вашего лагеря. Не по мальчикам.
— Лесба, что ли?
— Угу.
— Совсем?
— С головы до ног.
— Даже не би? Никакой надежды?
— Не-а.
Он немного помолчал, беззастенчиво ее разглядывая, и спросил:
— А у тебя сейчас есть кто-нибудь?
Соломатина проигнорировала вопрос, допивая свой кофе, делая последние глотки.
— Скажи, мне интересно, — попросил он, смеясь. — Тебе какие нравятся? Ванильки или брутальные? Кто из вас мальчик?
— Леший, от*ебись.
— Грубо, — вздохнул он."
"— Каков вопрос — таков ответ. Я вообще грубая и циничная. И не извиняюсь, когда ругаюсь матом, чтоб ты знал.
— Да ладно гнать, Лерка! — рассмеялся он. — У тебя в бардачке презервативы!
— Бл*ть, — произнесла она одними губами. — Веришь, первый раз не сработало.
