В кухне царит напряжение: Альберт Сергеевич извергает неприятные сюрпризы под горячую руку, а Матвей замер, словно в забытом дневнике. Лера решительно пришла проверить на месте и увидела несущийся скандал, оживляясь на ее шагах.
Лёшка попытался его достать, чтоб выключить, но для этого ему пришлось приподняться.
— Это мой… я забыла выключить будильник, — сонно сказала Соломатина, потревоженная его шевелением.
Полевой отключил сигнал и снова улегся, удобно притиснув Леру к себе. Он погладил ее по голове, пропуская между пальцами шелковистые пряди. Ему нравилось ощущать запах ее волос и их мягкость. Нравилось тепло ее обнаженной кожи. Хотел дать ей поспать, но тело реагировало на ее близость естественной эрекцией, которую Лера почувствовала.
— Доброе утро, — улыбнулась она, не открывая глаз.
— Ты проснулась?
— Нет. Я еще сплю, но разрешаю тебе мной воспользоваться.
Он глухо рассмеялся и перевернул ее на спину. Она потянулась, закинув руки за голову, и обхватила его ногами.
Ох уж эти ее ноги… Красивые, самые шикарные в мире ноги, которые сводили его с ума.
— Я постараюсь тебя разбудить.
Легонько укусил колено и провел крепкой ладонью вверх по бедру.
Сонная улыбка пробежала по Леркиным губам. Глаза у нее были закрыты — она лишь почувствовала, как сначала его дыхание коснулось груди, потом губы — и влажно язык.
Часы показывали полдень, когда они наконец выбрались из спальни.
— И что мы будем на завтрак… — задумчиво произнес Полевой, открывая холодильник.
— Видимо, на завтрак у нас будет уборка, — решила Лера, потуже затягивая на себе полотенце. — Не могу есть, когда вокруг такой срач.
Вчера казалось, что они оставили всё в более менее приличном виде. Протрезвев, она поняла, что слегка преувеличила степень их аккуратности. Сегодня их ждала полная раковина грязной посуды, гора пустых бутылок и прочий мусор, который требовалось убрать. Еще нужно расставить мебель и вымести песок, который нанесло ветром в открытое окно. Да и сами они постарались, когда бегали к морю.
При том, что с боковой стороны дома был устроен уличный душ, чтоб омываться и не тащить грязь в дом, но кто бы об этом помнил.
Их одежда, еще мокрая, валялась посреди комнаты. Лера забросила всё в стирку на деликатный режим и распахнула дверцу встроенного шкафа, подыскивая, во что бы одеться. Не очень-то у Полевого с выбором. На ригеле для одежды одиноко болтался пиджак. С ним соседствовали пара тонких свитеров и джинсы. Порывшись в немногочисленных вещах, Лера выбрала для себя белую майку и серые спортивные штаны, чуть сильнее затянув шнурок в поясе, дабы они с нее не свалились.
Развешав мокрые полотенца на сушилке, она вернулась в гостиную и принялась за уборку посуды.
