Великолепный и безжалостный Вишес, сын Бладлеттера, обладает разрушительным проклятием и способностью видеть будущее. Выросший в военном лагере, он ищет спасение от собственного дара и находит неожиданную любовь, которая способна освободить его от мучительного груза предчувствий и одиночества.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Освобожденный любовник»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Великолепный и безжалостный Вишес, сын Бладлеттера, обладает разрушительным проклятием и способностью видеть будущее. Выросший в военном лагере, он ищет спасение от собственного дара и находит неожиданную любовь, которая способна освободить его от мучительного груза предчувствий и одиночества.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дж. Р. Уорд Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Великолепный и безжалостный Вишес, сын Бладлеттера, обладает разрушительным проклятием и способностью видеть будущее. Выросший в военном лагере, он ищет спасение от собственного дара и находит неожиданную любовь, которая способна освободить его от мучительного груза предчувствий и одиночества.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она растянулась на холодной белой плитке холла, затем перекатилась на бок, царапая пальцами виски, задыхаясь.
Бог знает, сколько она там пролежала, пытаясь дышать, моля, чтобы боль ушла. Когда она, наконец, отступила, Джейн поднялась с пола и прислонилась к входной двери. Задалась вопросом, случился ли у нее только что припадок, но не было нарушения когнитивной функций или расстройства зрения. Просто адский приступ головной боли.
Может, последствия гриппа, с которым она провалялась неделю. Бродящий по клинике вирус свалил ее, словно увядший куст роз. Что было вполне объяснимо. Она долго уже не болела, чересчур припозднилась с этим.
Кстати, об опоздании… Черт, она позвонила в Колумбию, перенесла собеседование? Она не знала… значит, скорее всего, нет. Блин, она даже не помнила, как уходила с работы в четверг ночью.
Она не знала, как долго подпирала собою дверь, но в какой-то момент часы на каминной полке начали свое биение. Именно эти часы стояли в отцовском кабинете, в Гринвиче, старомодные часы от Гамильтон Ко, сделанные из желтой меди, которые всегда били в характерной Британской манере. Она ненавидела эту чертову штуку, но они всегда показывали точное время.
Шесть часов утра. Пора на работу.
Отличный план, но, поднявшись на ноги, Джейн знала наверняка, что не пойдет в клинику. У нее кружилась голова, она чувствовала слабость, истощение. Она просто не сможет ухаживать за больными в таком состоянии; ее все еще дико тошнило.
Черт возьми… нужно позвонить. Где ее пейджер и телефон..?
Она нахмурилась. Ее куртка и сумка для поездки в Манхэттен лежали у гардеробной.
Ни телефона, ни пейджера.
Она потащила свою жалкую задницу наверх, проверить у кровати, но их не оказалось и там. Спускаясь обратно на первый этаж, она миновала кухню. Ничего. Ее наплечная сумка, которую она всегда брала на работу, тоже отсутствовала. Она могла ее оставить в машине на все выходные?
Она открыла дверь в гараж, и зажглось автоматическое освещение.
Странно. Ее машина была припаркована передом. Обычно она заезжала задом.
Еще одно доказательство ее рассеянности.
И конечно, сумка оказалась на переднем сидении, и, ругая себя, она возвращалась в квартиру уже с телефоном в руке. Как она могла протянуть так долго без звонков? Даже с учетом того, что ее прикроют другие врачи, она никогда не терялась более чем на пять дней.
На телефоне было несколько сообщений, но к счастью, все — несрочные. Срочные касались ухода за пациентами, от тех, на кого скинули эту работу, с остальным она разберется позже.
Она вышла из кухни, направляясь прямиком в спальню, когда заметила кружку шоколада. Ей не нужно было прикасаться к ней, чтобы понять, что шоколад остыл, и значит, она могла его вылить. Она взяла кружку, но остановилась у самой раковины.
