От дворца до острога — читать онлайн бесплатно полностью

Комнатной прислуге тоже чуть ли не с рассвета приходится хлопотать: господскую обувь начисти, платье вытряси, вычисти, а то и погладь, подшей, умыться подай, побрей или причеши, комнаты прибери, вымети, пыль вытри, двери открой-закрой, о гостях доложи, а если хозяева отправились в театр, на бал, в гости – жди их в передней хоть до утра. Кучер, если конюха нет, не только ездит с господами и ожидает их, сидя на козлах, и в дождь, и в мороз, и в метель, но и за лошадьми должен ухаживать, чистить их, кормить-поить, к кузнецу водить, экипаж мыть, колеса подмазывать, сбрую начищать да чинить.

И как при крепостном праве бесчисленная прислуга в барских домах не имела своего угла, спала вповалку на полу на кошмах, покрываясь собственным платьем, так и позже наемная прислуга большей частью обитала, где и как придется. Когда, после смерти мужа, мать Е. А. Андреевой-Бальмонт, очевидно, уже в самом конце 70-х – начале 80-х гг. выстроила на своем обширном московском дворе под жильцов «двухэтажный дом с четырьмя квартирами, выходящими в переулок, и еще два небольших изящных особняка», в этих небольших квартирах были «три-четыре комнаты и со всевозможными удобствами: с чердаком, погребом, с комнатками для кухарки и для лакея, что было тогда большим новшеством. В старых квартирах кухарка спала обыкновенно в кухне, для лакея не было специального места, он спал где-нибудь в углу передней на сундуке или в коридоре на полу» (6; 163–164).

Какого-либо законодательного регулирования отношений между хозяевами и прислугой не существовало, хотя вопрос такой и поднимался. В целом же такие отношения трактовались следующим образом: «При домашнем сожительстве и беспрерывном личном общении с хозяином и его семейством, домашняя прислуга составляет часть дома; домашнее хозяйство, при служебных отношениях составляющих его лиц, необходимо требует порядка, а порядок невозможен без подчинения, с одной стороны, и власти, имеющей право приказывать, – с другой. Вместе с тем и личныя отношения предполагают, с одной стороны, доверие, с другой – верность, с одной стороны, попечительность власти о подвластных людях, с другой стороны, заботливое и попечительное исполнение должности». Так трактовал эти отношения известный законовед и еще более известный государственный деятель К. П. Победоносцев.

Уже промелькнула кокоревская кухарка 40-х гг. с шестирублевым жалованьем «на всем готовом» и грошовыми подарками по праздникам. С тех пор, как Кокорев описывал свою кухарку, прошли десятилетия. Но и в 1910 г. в среднем петербургская кухарка получала в месяц 5 руб. 54 коп., а в 1913 г. – 6 руб. 26 коп., «прислуга» – соответственно 5 руб. 8 коп. и 5 руб. 82 коп., нянька – 3 руб. 42 коп. и 4 руб. 29 коп. (118; 79).