В роскошном саду раздается веселый смех девочек. Я забыла про экзамен и укрылась в тихой беседке. Но мое отсутствие заметили — теперь передо мной стоит выбор: пересдача или еще хуже. В воздухе кипит напряжение, а атмосфера ставится на волосок между шумным весельем и неудачей....
Снова мелодично рассмеялась, сверкнув зубами, двинулась дальше, и, глядя, как колышутся ее бедра, я едва удержалась, чтобы не надеть горшок с краской ей на голову.
Да что это со мной?!
– А у вас неплохо получается, – рассмеялся Робин. – Я-то думал, вы застесняетесь.
Мне очень хотелось спросить, что нахалка ему сказала, но тогда моя глупая ревность станет слишком очевидной. Я вытащила из рукава носовой платок.
– Уберите это с лица.
Робин улыбнулся.
– Так в том и смысл, чтобы перепачкаться.
– Уберите.
Он посмотрел на меня с веселым любопытством, чуть склонив голову набок.
– Так?
– Да.
Он улыбнулся.
– Вам тоже досталось.
Я опустила взгляд – на боку расплылось зеленое пятно.
– Не вы ли только что сказали, что в этом и смысл?
– Мне показалось, что вам не понравилось.
Мне не понравилось, что незнакомые девушки призывно крутят перед ним задом, но не признаваться же в этом?
Прежде чем я успела что-то сказать, на нас снова налетела группа молодых людей. Закружился хоровод, взметнулась в воздух цветная пыль, и вскоре я обнаружила, что хохочу во все горло, расшвыривая в пролетающие мимо лица краску и не уворачиваюсь от летящей в меня, а рядом заливисто смеется Робин.
Мы бродили по улицам, плясали и пели вместе со всеми, даром что не знали слов, попадали под водяные струи – благо в такую жару одежда сохла почти мгновенно – и сами призывали воду на головы тех, кто оказывался рядом. Прежде чем улица вывела нас к морю, мы сменили не один горшочек с краской.
Здесь, у самого берега, народа было столько, что казалось, и вовсе нельзя протолкнуться, и я остановилась, вцепившись в руку Робина.
– Устали? – Он обернулся, и я едва снова не рассмеялась, глядя на его перемазанное краской лицо.
– На кого мы похожи!
– Какая разница, – пожал плечами он. – Когда мы вернемся, все будут спать, а к утру бытовая магия не оставит от всего этого и следа.
Неужели уже пора возвращаться? Я сникла, но прежде, чем успела всерьез расстроиться, Робин повлек меня к одному из домов.
Шатер устилали ковры, по центру стоял низкий столик так, что есть за ним можно было, только устроившись на полу.
