В роскошном саду раздается веселый смех девочек. Я забыла про экзамен и укрылась в тихой беседке. Но мое отсутствие заметили — теперь передо мной стоит выбор: пересдача или еще хуже. В воздухе кипит напряжение, а атмосфера ставится на волосок между шумным весельем и неудачей....
И огненные руки – вообще оно очень похоже на заклинание для разглаживания одежды и…
– А водный резак?
Я едва не брякнула, что водный резак, должным образом выполненный, способен снести дерево ярдом в поперечнике, что мне однажды и продемонстрировал дядя на высохшей березе, но вовремя прикусила язык. Не ровен час, отпилят кому-нибудь во дворце голову. Доказывай потом, что это не я…
– Нет. Только те четыре, о которых я упомянула.
– Кто вас этому научил?
Не знаю, какое ему дело, но скрывать мне нечего.
– Мой дядя.
– Я знал его, – вдруг подал голос герцог. – Хороший был человек и доблестный воин. Жаль, что целители не смогли ничего сделать.
– Жаль, – эхом откликнулась я.
Останься он жив, меня бы здесь не было.
– Итак, вы выставили щит, – вернул меня в реальность господин Гримани. – Что произошло дальше?
– Я не удержала щит, и, распадаясь, он изменил траекторию движения призванной воды.
– Он изменил или вы ему помогли?
– Я никоим образом не воздействовала на призванную воду.
– А герцогиня Абето, видимо, не умеет выставлять щит, – снова влез в разговор герцог.
Господин Гримани бросил на него недовольный взгляд.
– Ваше сиятельство…
– На пару слов, господин Гримани, – не смутился тот. – С вашего позволения, баронесса."
"Кабинет снова утонул в тишине. Я посмотрела на мужчин, надеясь, что если не слова, то жесты и выражения лиц поведают мне, о чем идет разговор. Но дознаватель будто нарочно вышел из-за стола, а герцог повернулся так, что его широченные плечи заслонили от меня сухощавого дознавателя, и как бы высок тот ни был, герцог оказался еще выше.
Наконец тишина развеялась, господин Гримани вернулся за стол.
Глава 6
– Герцогиня Абето утверждает, что дворцовый сад содержится в небрежении и, заметив это, она решила немного полить растения вокруг беседки, – сообщил дознаватель.
Герцог расхохотался – так же весело и беззлобно, как и тогда, в парке. Господин Гримани тонко улыбнулся вслед за ним. Неужели герцог рассказал ему, как пал жертвой садоводческого рвения герцогини?
– Понимаю, – медленно произнесла я.
– Ни меня, – добавил герцог, все еще посмеиваясь.
– Вас?!
Впервые в жизни я убедилась, что «глаза полезли на лоб» – не преувеличение. Господин Гримани, кажется, стал выше ростом и на несколько мгновений лишился дара речи.
– Да, меня она тоже не заметила.
