Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
А почему он, собственного говоря, блондин? Что-то не очень вяжется с огнем.
Этот вопрос меня сильно озадачил. Настолько, что я даже решила поинтересоваться у стоящей рядом девушки
— А почему он не рыжий? — прошептала в полголоса.
Вроде тихо, но именно в этот момент распорядитель замолчал, чтобы набрать воздуха для продолжения. Поэтому мой заданный шепотом вопрос разошёлся по всему залу и его услышали все.
Да что за напасть.
Стоящие рядом девушки попятились от меня в разные стороны, так что я оказалась в центре пустого круга, и спрятаться не за кого.
— У вас возникли какие-то вопросы? — поинтересовался распорядитель с участливой улыбкой.
— Нет, — промямлила смущенно.
— А мне показалось, что возникли. Спрашивайте, не стесняйтесь, — подбодрил он меня, а все остальные уставились, ожидая продолжения. — с удовольствием все поясним.
Вот же попала! Это напомнило мне момент, когда в школе сидишь, болтаешь с подружкой на задней парте, а строгий учитель спрашивает: расскажите нам всем, мы тоже посмеемся.
Ладно. Вслух, так вслух. Тем более, мне действительно интересно.
— Я спрашивала, почему он не рыжий, — смущенно кивнула на жениха, чувствуя, как он смотрит на меня.
— Рыжий? — распорядитель снова улыбнулся.
— Да.
— Почему лорд Эревел должен быть рыжим? — он улыбнулся еще шире.
— Я думала, все огненные маги — рыжие. Ну… огонь. Огненная стихия, всполохи. Пшшшш, — я руками живописно развела, пытаясь изобразить пламя, — рыжие локоны, мне кажется, ему бы больше подошли.
Голос оборвался на середине фразы.
Жених смотрел на меня, не отрываясь. В упор. Мне показалось, что у него за плечами воздух заискрился, крохотные язычки пламени свивались спиралями, и потянуло жаром.
В зале повисла тишина.
Претендентки, переглядываясь между собой, отступили еще дальше. Распорядитель все так же смотрел на меня и улыбался, теперь уже от уха до уха. Наперсник, поджав губы, с чрезвычайным интересом изучал потолок. Отец жениха отвернулся к своему креслу, с высокой резной спиной, и что-то там ковырял.
— Как вас зовут, милая? — ласково спросила жена наместника.
— Ксана Уортон из Боунса, — я присела в неуклюжем реверансе, пытаясь вспомнить, как это правильно делается.
— Ксана из Боунса? — она глянула на распорядителя и тот едва заметно кивнул. Матильда широко, вроде даже искренне улыбнулась, — вы не представляете, дорогая, как мы рады видеть вас на отборе. Надеюсь, у вас все получится.
— Спасибо, — поблагодарила немного сконфуженно.
