Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
— Вряд ли. Обычно такие обеды устраивают позже, когда большая часть соперниц уже вылетит с отбора.
— Значит, мне придется наслаждаться обществом этих змеюк?
— Именно так.
Особым желанием я не горела, но и отказаться не могла. Традиции — это святое. Поэтому вздохнула, с тоской посмотрела в сторону простого просто платья, в которое мне так и не удалось переодеться, и отправилась на обед, как всегда, в сопровождении своей сухонькой служанки.
Семнадцать девушек собрались за вытянутым столом.
Слева от меня сидела Ундина, справа Бренна. Чуть поодаль Люси между двух тоненьких, словно тростинки блондинок, одну из который звали Тея, вторую Лея. Хмурая Бет в самом конце стола. Практически напротив меня Натэлла и две ее самые верные приспешницы — рыжая Леона и еще более рыжая Клэр. Остальных я не запомнила, и, если честно, не очень-то и старалась запомнить. Смысл? Если через несколько дней кто-то опять вылетит?
Надеюсь, что не я.
Не знаю, в чем был смысл этого обеда. То ли мы должны были получше присмотреться друг к другу, то ли подружиться. Понятия не имею.
Я просто ела. Как всегда. И мне было очень вкусно. Настолько вкусно, что даже настроение стало повышаться, и я уже поглядывала по сторонам не хмуро, а с каким-никаким интересом.
Сначала девушки держались скованно, отстраненно, исподтишка наблюдая друг за другом, но постепенно начали переговариваться, а к концу обеда уже болтали без умолку.
— Я не хотела ехать на этот отбор, — произнесла Клер, поднимая страдальческий взгляд к потолку, при этом кокетливо накручивая на палец рыжую прядь, — меня заставили.
Правда, что ли? Вот бедняга."
"Следом подала голос другая девица, имени которой я не знала:
— И меня. Я так рыдала, упрашивала отца, но он был непреклонен.
— И я рыдала, — вставила еще одна претендентка.
— А я не рыдала, — гордо выдала Натаэлла, — я твердо сказала родителям, что так просто не сдамся, и не собираюсь выходить замуж по приказу.
— Я так же сказала, — тут же добавила Люси. — и вообще, кто захочет выходить замуж за такого? Он несносный! Надменный…
— А я терпеть не могу блондинов…
— И он вообще не в моем вкусе…
— Это нас должен покорять, а не мы его…
Я смотрела на них во все глаза и не понимала, что же это такое происходит.
