В глубинах подземных провалов и заброшенных храмах ждут вас длинные плоские черви Драрх, неприятный запах которых заставит зашуршать ваши волосы. На белых полях зеркальных пустошей вы встретите туповатую клушу-беременную, которая смотрится как извиняющаяся принцесса. Здесь каждое существование обречено на вечное одиночество и неудачу....
Белая как смерть Эйтин коротко поклонилась и глухо произнесла:
— Мне не нужен плод Певчего древа. Вместо него я прошу позволения покинуть Эльфхиир после окончания Отбора. Вне зависимости от того, сколько лет мне будет. Если я достаточно взрослая, чтобы быть невестой, я достаточно взрослая и для того, чтобы поступить в Академию Магии.
Повелитель кивнул и спокойно ответил:
— Ваша просьба услышана и будет удовлетворена.
— Вторая церемония дарения Сто Четырнадцатого Отбора Невест завершена, — громко произнесла леди Глейрио.
Лорд Гилрин подхватил следом:
— Как следствие традиций, дары невест неприкосновенны. Ни единая живая душа не коснется Лютика — редкого, щедрого дара рода Рлис.
— Ави Эль, — равнодушно произнесла леди Дьердре.
Эльфы неуверенным, нестройным хором повторили за белой леди:
— Ави Эль.
На белой коже Эйтин расцвело несколько красных пятен — краснела эльфийка некрасиво, болезненно. Но, сжав кулаки, эльфийка вскинула голову и сдержанно произнесла:
— Быть здесь и сейчас — великая честь для меня.
Повелителю она просто молча поклонилась, после чего развернулась и первой покинула поляну. Поляну, на которой вновь воцарилась мертвая тишина, которую поспешила нарушить Лотанари:
— Это феерично.
— Она не хотела участвовать, — глубокомысленно шепнула Лимаатрис. — Но роду Рлис такой подарок вряд ли забудут.
— Скорее всего, этот лютик должен был стать контрастом подарку Плетущей Путь.
— Или это иносказание, — свистящим шепотом предположила лисица. — Может, Эйтин хотела сказать, что она в своей семье как сорная трава. Тебе все же повезло: тебя любит и отец, и старший брат. А тут… Заметь, как тихо.
Лота поежилась и едва слышно предложила:
— Ага. Может, надо как-то нарушить эту тишину?
— Да мы ее и так неплохо нарушаем, у эльфов слух острый, — пожала плечами Лимаатрис.
— Тогда, вероятно, стоит замолчать, — хмыкнула Лотанари.
В этот момент тишина была нарушена сразу десятком голосов — эльфы загомонили, обсуждая подарок рода Рлис.
""А если бы делили поровну, то не имели бы сейчас таких проблем"", — вздохнула про себя Лота и тоже направилась прочь с поляны.
Глава 11
Посреди ночи Лотанари проснулась от невнятной ругани Лимаатрис.
