В глубинах подземных провалов и заброшенных храмах ждут вас длинные плоские черви Драрх, неприятный запах которых заставит зашуршать ваши волосы. На белых полях зеркальных пустошей вы встретите туповатую клушу-беременную, которая смотрится как извиняющаяся принцесса. Здесь каждое существование обречено на вечное одиночество и неудачу....
— О Четверо, а если его глаза тоже чувствительны к свету?! Мы ведь вместе шли сквозь тот туман! Меня успели вылечить, а Идриса нет? Или он получил большую порцию яда?!
— Туман? — оторопела Лима. — Я про туман ничего не слышала.
— Каменная Россыпь — это болото, покрытое каменной глазурью. Коркой. И кто-то эту тонкую преграду расколупал. И теперь там все в зеленом тумане, — поспешно объясняла Лота. — Нет, я ничего не вижу. Слишком густой куст.
— Он мог напороться на острый сук, — напряженно ответила Лима. — Но запаха крови я не чую.
— Я прыгаю.
— Трансформируй халат в штаны и рубаху, — тут же отреагировала Лимаатрис. — Иначе можешь травмировать зрение своего ненаглядного.
Лотанари на секунду замерла, пытаясь понять, о чем говорит подруга. А осознав всю глубину подтрунивания, жарко покраснела, но нашла в себе силы поблагодарить.
— Второй раз всегда проще, — коротко выдохнула Лота, когда ее хлопковый халат превратился в короткие штанишки и мягкую рубашку.
— В этот раз ты еще и без груза, — нервно отозвалась Лимаатрис.
Вдох-выдох, и Лотанари давит в себе короткий панический приступ. Ей не предстоит ничего страшного. Ничего такого, с чем бы она не смогла справиться.
Настроившись, Лота чуть неловко влезла на каменное ограждение и, качнувшись, прыгнула вперед. Она заранее заготовила заклятье, которое, конечно же, проработало не больше секунды. Но у принцессы были свободны обе руки — она кастовала все новые и новые заклятья.
В момент, когда до земли оставалось совсем чуть-чуть, Лота ощутила рывок, как будто кто-то другой использует левитацию. И в ту же секунду парк огласил вопль какой-то неведомой твари.
«Лематранская волкоподобная нежить, — вспомнила Лота первое утро во дворце Повелителя. — Какая прелесть».
Кто бы ни подхватил принцессу, он не спешил ее опускать на траву. И Лотанари, повисшая вниз головой, вознесла хвалу своей сообразительной подруге — если бы не Лима, ситуация могла бы стать куда хуже.
— Я едва не умер, увидев, как ты летишь. — Из тени вышел вполне себе целый и невредимый Идрис.
Нахмурившись, Лота сложила руки на груди и чуть сердито произнесла:
— Ты стоял под окнами башни, а потом упал. Я это видела. Неужели ты считал, что я могу уйти спать, предполагая, что ты лежишь где-то на сырой и холодной земле?
Идрис только тяжело вздохнул и мягко опустил Лоту на траву.
— Я не должен был приходить сюда, — глухо произнес эльф.
