В глубинах подземных провалов и заброшенных храмах ждут вас длинные плоские черви Драрх, неприятный запах которых заставит зашуршать ваши волосы. На белых полях зеркальных пустошей вы встретите туповатую клушу-беременную, которая смотрится как извиняющаяся принцесса. Здесь каждое существование обречено на вечное одиночество и неудачу....
Поддавшись напору подруги, Лота позволила отвести себя в спальню, покорно выпила зелье и так же покорно подставилась под усыпляющее заклятье.
""Все, что ни делается, — к лучшему"", — вспомнила она старую поговорку и провалилась в сон.
* * *На завтраке Лотанари вела себя так же, как после особенно сильных скандалов с матерью, — молчала и излучала холод, равнодушие и высокомерие. Верная Лима, привыкшая еще в Ните, ловко отсекала все попытки невест пообщаться. Возможно, едкие комментарии лисицы послужили причиной того, что Эйтин вылетела из-за стола в слезах.
— Все же вы могли сесть за общий стол, — негромко произнесла леди Герайл.
— Нам это не нужно, — небрежно бросила Лотанари и поднялась. — Идем?
Лимаатрис кивнула и последовала за подругой.
Спеша к своим покоям, Лота не обращала внимания на тех, кто встречается ей на пути. Внутри принцессы все туже сжимался клубок противоречивых эмоций, которые требовали выхода.
«А посуды в буфете не осталось», — невесело подумала леди Шан Нейрин.
Но как бы она ни пыталась себя отвлечь, у нее действительно не было сил сдержать эту разрушительную волну гнева, боли и любви.
А потому, едва телепорт перенес Лоту и Лиму в их гостиную, принцесса подхватила со столика стопку акварельных портретов Идриса и, бросив их на пол, призвала огненное проклятье.
— Не жаль своих трудов? Ты ведь несколько ночей не спала, — задумчиво спросила Лимаатрис."
"— Нисколько не жаль. Мне дорог мой хрупкий внутренний мир, а сейчас он в таком же огне, — и Лота кивнула на яркое магическое пламя.
— Полагаю, пора звать на помощь? — флегматично спросила Лима. — Ты же его не контролируешь.
— Не контролирую, — так же равнодушно ответила Лотанари.
— Будем жить в выгоревшей гостиной, — вздохнула лисица. — Осталось еще два этапа.
— Хроники? — без особого интереса спросила принцесса.
— Хроники, — кивнула Лимаатрис. — Один этап быстрый — малую корону может надеть только невинная девушка.
Согласно склонив голову, Лотанари вышла на балкон и села на холодный мрамор. Прислонившись спиной к балконной двери, принцесса как-то отстраненно думала, что, если и эта башня выгорит дотла, папа будет весел и зол одновременно.
