Гостю. Сальвитту Торнтон, которая меня обнаружила в лесу как новорожденного ребенка и воспитала как свою дочь, охватила паника. Делорд Клауд, главный советник императора, дракон Ледяных Гор и ректор Военной Академии Драконов принимает приглашение на ужин. Мы все верили в ее победу, надеясь на сестру Снежалину....
Естественно, такой расклад возмутил великосветское общество и делорду пришлось согласится допустить еще и абитуриентов. Если учесть, что поступить в Академии можно было еще в течении первой недели обучении, то не сложно представить, как сильно возросло число поступающих девушек. Именно благодаря этому двойняшки смогли попасть на Первый Осенний Бал.
— Постойте-ка, — спустя пять минут пожирания меня глазами, вдруг осенило Сюнир. — Это что? Твоя безродная служанка?!"
"— Что? Со своей прислугой на Отбор нельзя! И почему это она так вырядилась? — возмутилась Бристелла, а я мило улыбнулась.
— Меня тоже пригласили на бал.
— Что?! — в один голос изумились двойняшки. — А тебя туда зачем позвали?
Они буквально нависли надо мной, а Снежалина отвернулась к окну, тщательно рассматривая мелькающие за стеклом елки и высокие острые скалы, с которых даже летом не сходил снег.
— Ты нагло врешь! Откуда у тебя приглашение? Ничего ты не получала! — недовольный голос Сюнир был больше похож на визг поросенка.
— Она не врет, — встряла сестра, пытаясь защитить. — Вот, смотрите.
Снежалина показала им письмо с моим именем, которое Бристелла тот час выхватила.
— Это просто возмутительно! Мало того, что нас не предупредили, что придется всю дорогу ехать с безродной шелухой, так еще и на балу ее терпеть! — от возмущения ее лицо покрылось пятнами.
— Как ты меня назвала? — сквозь зубы процедила я, а Бристалла сощурила глаза.
— Безродная. Шелуха. Ш-е-л-у-х-а! — явно получая удовольствие, повторила она, пологая, что этим выведет меня из себя, но я насмешливо изогнула губы.
— Пф. Но даже у безродной шелухи есть приглашение, а у тебя нет. Так что сядь, закрой рот и завидуй молча.
— Да как ты смеешь! — Бристеллу аж скрутило от негодования. Она поджала губы, а потом разорвала письмо в клочья и бросила мне в лицо. — Ты мусор! Иктово порождение! Одна блудница родила и бросила, а вторая подобрала!
И тут я не выдержала. Многое могла стерпеть, но когда говорили плохо про Сальвитту, игнорировать не могла.
— Не правда! — крикнула и со злости влепила Бристелле пощечину.
Она схватилась за покрасневшую щеку, а потом кинулась на меня, пытаясь задушить, и порвала бусы.
А я знатно потягала ее за волосы.
Но драться с магом глупо, и в итоге, я оказалась прижата к стенке магическим заклинанием.
— Ты никто! И никуда не поедешь, шелуха! Вон из моей кареты! — прошипела Бристелла, угрожающе сжимая кулак. Кольца на ее руке загорелись синим.
