В парадном входе во дворец ждала я новая атмосфера: звездное небо, окутанное мягким светом фонарей, и тихий шепот струйки воды над балюсами. Камин рядом вырывал из меня дыхание своей глубиной и теплом, будоража пытливый ум. Здесь я буду отбираться среди лучших – иначе не объяснить бы ни удивительные встречи, ни тайны древних книг, которые здесь хранятся....
Глава 20
/Дамиан/
— Откуда этот шрам? — спросила Камилла, проводя кончиком указательного пальца по еле заметному рубцу на моей груди.
Мы расположились по центру её кровати. Я лежал на спине, запускал пальцы в золотистые волосы, касался обнажённой кожи. Любовался ею. Она лежала возле меня на животе, смешно дрыгая ногами. Лохматая, с припухшими губами и счастливым блеском в синих глазах.
— Первый курс академии. Я ещё плохо фехтовал, но был остёр на язык. С тех пор я улучшил навык владения мечом.
— Но всё так же остёр на язык, — пропела она, проведя ладонью по моей груди к прессу.
— Не дразни меня, — перехватил её ладонь. — Тебе больше нельзя.
— Я просто любуюсь, — фыркнула она, чуть покраснев. — А это следы когтей? — и коснулась трех ровных шрамов на боку.
— Одно из моих первых дел. Один аристократ завёл себе питомцев. Пару пантер. И похищал людей, чтобы устроить охоту.
— Какой ужас, — воскликнула она.
— Особенно, когда охотятся на тебя, — рассмеялся. — Но я — маг, отбился.
— Столько всего, — её улыбка чуть увяла. — Я хочу узнать тебя, — призналась она смущённо и провела ладонью по ещё одному шраму на запястье.
— Про этот не расскажу. Не знаю, откуда он.
— Как это? — нахмурилась Камилла.
— Ты просила рассказать тебе… — я устремил задумчивый взгляд к потолку. — Когда мне сообщили о новой миссии с тобой, я насторожился. Совсем не мой профиль, можно сказать самоубийство. И посчитал, что отправляют того, кем хотят пожертвовать. Мне нужно было как-то обезопасить себя.
— Что значит извне?
— Отправили наёмников в Тель-Марос, чтобы те похитили магически одаренных детей. Им заблокировали воспоминания о детстве, распределили по семьям, чтобы со временем взять на службу при короле, — тяжело сглотнул, ярость царапала горло.
Когда увидел документ, был вне себя от негодования. Меня уверяли, что потеря памяти связана с травмой. Но хоть не врали, что родители приёмные. А оказалось, что меня и ещё девятнадцать детей лишили семьи и детства.
— То есть блоки…
— Как я узнал, воспоминания заблокировали во время похищения. Но природа твоего блока мне неизвестна. Твоего имени нет в списке похищенных.
