В мире, где демоны и люди живут в вечном равновесии, ты будешь удивленна своей способностью ужиться даже здесь. Проходя столовую, ты перекидываешься фразами так же легко, как и на Земле, лишь иногда подбираясь к темы из-за рогов некоторых студентов.
Из соседних зданий, со стадиона — отовсюду отстреливаются накопители магии, чтобы разредить магический фон.
У Леонхашарта полномасштабный магический выплеск. Побочный эффект того, что демоны вынуждены постоянно гасить магию. Я об этом даже в книге о Нараке читала. Архидемоны особенно опасны тем, что их выплески мощнее и скатываются в непрерываемые, провоцируя цепную реакцию таких же выплесков у окружающих. Именно поэтому мелкие демоны шарахались от Леонхашарта, хотя броня практически исключает вероятность такого происшествия, ведь у молодых столь саморазрушительный выплеск может случиться лишь из-за сильнейшего эмоционального потрясения.
"А еще такое вероятно при сильном повреждении брони вне безопасной зоны, если рядом находятся другие демоны без брони. В этом случае источники магии откликаются друг на друга, и начинается процесс выделения магии, он нарастает, как снежный ком…
За бешеным сиянием ало-лилового я не вижу выражения глаз Леонхашарта, но по лицу понимаю, что он смотрит на меня с ужасом.
Все это: вспышка магии, паника окружающих, осознание — занимает какие-то мгновения.
Нам с Леонхашартом вынесен смертный приговор: плотность магии вокруг растет, усиливая реакцию, у нас осталась минута или две, после чего мы… превратимся в сгорающие источники магической энергии, которых не спасет ни самая сильная полная броня, ни изоляция, ничего.
Чудо, что мы до сих пор в сознании: если верить данным из книг, настолько сильный выплеск привыкших к небольшому магическому фону демонов просто вырубает. А мы сидим и смотрим друг на друга.
И, да, когда у тебя глаза горят, это действительно не мешает зрению. Теперь я убедилась в странном феномене лично.
Эпилог
Ночное появление Фазариса Нордотта на пороге дома становится для Гатанаса Аведдина полной неожиданностью. Вскинув брови, он шире открывает дверь в свои белоснежные покои:
— Проходи.
Разогнувшись после поклона, Фазарис Нордотт заходит. В белой гостиной его черные с серебряными искорками рога кажутся светлее.
— Не знал, что ты вернулся из Эерана, — Гатанас запирает дверь.
