В мире, где демоны и люди живут в вечном равновесии, ты будешь удивленна своей способностью ужиться даже здесь. Проходя столовую, ты перекидываешься фразами так же легко, как и на Земле, лишь иногда подбираясь к темы из-за рогов некоторых студентов.
— Если бы против архисоветника выступал демонокот столь же продвинутый в когтевой технике, исход поединка…
«Был бы одним: их обоих облили бы водой и растащили по углам». — думаю я, с тоской вспоминая обжаренную в кляре шуршундрию из того дивного привилегированного ресторанчика, хотя немного жалко есть то, что называется так мило.
— Если бы роговые техники не были столь эффективными. — возражает роговой эксперт, — архидемоны после потери возможности полноценно использовать магию не удержали бы власть.
Спор, собственно, заканчивается тем, что один эксперт выпускает когти, второй набычивается, и оба, сцепившись, улетают в сторону, снеся собой стенку студии и обнажив конструкцию из железа и проводов. Выяснение экспертных отношений прерывает реклама. Так что местное телевидение определенно зажигательнее земного.
На смену бойцам являются социологи и психологи. Двое уверяют что подавлять боевые инстинкты вредно, и сражение за женщину — как раз то, чего не хватает современному обществу Нарака.
— Вот видите, сколько в вас нереализованной агрессии, и это будет стоить вам штрафа.
Весь ужин эксперты нас знатно развлекают. Как раз перед тем, как я ухожу, в эфир выпускают трех эффектных, сверкающих драгоценностями демониц — тех самых, что налетели на Леонхашарта после аварии.
Правильно я думаю, что рядом с Леонхашартом тесновато от жаждущих заполучить его девиц.
Манакриза, Лисса и Катари уходят вместе со мной. В переполненной студентами столовой шоу они не комментировали, лишь изредка поглядывали на экран, и в коридоре тоже некоторое время молчат.
— Странный мир, — начинает Лисса. — У нас так любовные дела не решаются.
— Такие личные вещи, как сражения за девушку, у нас на публику не выставляют. — с каким-то ужасом произносит Катари.
— У нас выставляют, устраивают целые поединки, и девушки за мужчин тоже, — Манакриза непривычно задумчива. — Но не превращают обсуждение этого в представление паяцев.
