В паломнях космодрома горит синий свет антенн, всполохи лунного свечения отражаются на морде зеркала времени. Ян Хорган ощупывает твердую сталь порта, чувствуя дыхание будущего в груди. А ночь здесь – как вода, теплой и мягкой, нежно обнимая планету.
С трудом удерживаясь от того, чтобы не оттолкнуть его и не броситься прочь отсюда с перепуганным визгом, она прошептала:
- Н-но... почему я?
Хорган знал, что она в ловушке. И знал, что она это знает.
Ее ресницы так мило затрепетали. Он даже почувствовал желание схватить ее за руки, отбросить ту тряпку, которой она прикрывалась, и продолжить то, что начал вчера.
- Ты замечательно пахнешь.
Кира не сразу поняла смысл этих слов.
Словно насмехаясь над ее страхом, Хорган потрепал девушку по щеке. И почувствовал, как она напряглась.
- Я тебя пугаю? - этот вопрос застал ее врасплох.
Что-что, а страх Кира не собиралась показывать, ни под каким видом.
- Нет, - процедила девушка, скосив глаза на его руку, задержавшуюся на ее подбородке. В том месте, где ладонь командора соприкасалась с ее кожей, Кира чувствовала тепло и пульсацию.
- Что ж, - губы Хоргана сложились в кривую ухмылку, - это чудесно. Значит, у тебя не возникнет проблем с твоими обязанностями.
Он убрал руку и направился к кровати, давая рассмотреть свою гибкую спину и поджарые ягодицы.
Переступив через брошенную одежду, командор подошел к шкафу и распахнул дверцу. Через минуту на нем уже были свободные домашние штаны из мягкой ткани, державшиеся на бедрах.
- И... какие же у меня обязанности? - не выдержала Кира, тщательно отводя взгляд. - Кроме тех, о которых вы меня уже просветили, - добавила она, делая особый акцент на слове «уже».
Это был грубый намек на то, что случилось.
- Не думаю, что они тебя затруднят. Все, что от тебя требуется - это полное и беспрекословное подчинение.
- Но я не...
- Меня не интересует твое мнение, - холодно отрезал Хорган. - Я не рассчитывал обзаводиться такой женой, - продолжил он, намекая на ее бурное прошлое. - Но раз уж ты здесь, придется смириться.
- Ой, ну что вы, не стоит себя насиловать, - прошипела она в ответ, не скрывая сарказма.
- Ты не поняла, - он одарил ее снисходительной усмешкой. - Смириться придется тебе.
