Автор
В палате медленно разгорается жар, а боль укутывает каждую клеточу тела. Каждый шепот соседа и каждый звук за окном кажется знакомым. Вы выжимаете последние силы из себя, чтобы выйти из этого подземного мира, но руки подводят, а сердце готово треснуть. С каждым днем документы становятся ближе к тому, кем она всегда была уверена — женщиной, чужой и непонятной. Уйду ли я прежде чем они меня найдут?...
Пока есть хотя бы маленький шанс, что моя дочь жива… я буду ее искать.
В то, что Васька могла выжить, практически не верю… Ползунов мутит воду, отравляет нам жизни, так было всегда. А вот в то, что он причастен к ее смерти — это факт. И он заплатит. Кулаки сжимаются, внутренности скручиваются в тугой узел, во мне больше нет крови, только ненависть…
Все, что осталось во мне от человека принадлежит моему сыну. Нашему с Васькой… А ведь была еще и девочка. Я был уверен — малышка не выжила. А вот Ползунов, будь он неладен, посеял зерна сомнений.
— Вадим так же рыщет в поисках своего папаши. Так что, тут он на нашей стороне, — Бодя говорит уверенно. Чувствую, что он неплохо относится к моему брату. Хотя всегда очень осторожен с людьми. Чем Вадим заслужил его доверие?
Как выяснилось не так давно, биологически Вадим мне не брат. Он родной сын Льва Ползунова, я же плод его мести. Я сын женщины, которой он был одержим. А моя мать любила другого человека, от него забеременела, но из-за козней Ползунова, они расстались.
А мне достался Ползунов. Он подделал документа так, что я оказался его сыном. А по факту источником мести. На мне он отыгрывался за все свои неудачи. На мне срывал злость. Доставалось, конечно, и Вадиму. Его Ползунов тоже за что-то ненавидел.
Так что с Вадимом мы связаны сильнее, чем кровные узы. Нас навсегда связывает ненависть к монстру, взрастившему нас. И… одержимость одной женщиной… Да, такая, что ни он, ни я, до сих пор не можем в себя прийти.
А кого она любила? Кого бы выбрала? Была ли Васька способна на любовь? Никогда мне не найти ответов на эти вопросы. Так же как и не разгадать тайн ее души. Поздно… слишком поздно… Нет ее больше…
Сердце сжимается в кровавых судорогах. Никогда мне с этим не смириться… не принять…
— У него свой внушительный список к Ползунову.
Неприятно признавать, что я в должниках у брата. Несмотря на наше соперничество в прошлом, позже он сделал очень многое для меня. Не забывал в тюрьме. Помогал на воле. Даже за делами присматривал. В общем, оберегал он меня. Как никто и никогда…
Возможно, чувство вины… или нечто другое… А может, я просто разучился видеть хорошее в людях.
