Автор
В палате медленно разгорается жар, а боль укутывает каждую клеточу тела. Каждый шепот соседа и каждый звук за окном кажется знакомым. Вы выжимаете последние силы из себя, чтобы выйти из этого подземного мира, но руки подводят, а сердце готово треснуть. С каждым днем документы становятся ближе к тому, кем она всегда была уверена — женщиной, чужой и непонятной. Уйду ли я прежде чем они меня найдут?...
Словно и не было маленькой крохи… По его приказу… Тут Слава ничего не могла сделать… Лев находился в больнице, он указывал, у него были все права, он считался отцом…
— Тебе отдали живого сына. Это сверх того, что я могла сделать, — сказала Славка. — Ты хоть представляешь, как я рисковала попасться Льву в лапы?!
Моя дочь…я даже не могу ее похоронить. Проститься… И изменить ничего не могу. Черная безысходность…
Я смотрел на голубку и просил у нее прощения, что не успел, что не спас, за дочь…
Василиса… бледная и прекрасная… она лежала там в гробу… И я не мог даже подойти… поцеловать ее на прощанье… Такая прекрасная, словно спит… вот сейчас она откроет глаза, мир озарится ее синевой… она взлетит… Не мог прерваться полет моей голубки! Нет!
Стою и чувствую, как мое сердце истекает кровью, как оно сжимается в агонии, пускает болезненные импульсы в кровь.
Не только меня трясет… с противоположной стороны по грязи, недалеко от гроба, ползает Вадим. Он зарывается лицом в грязь, воет и бьет кулаками об землю. Его боль она сейчас созвучна с моей. Он был так же ей одержим… У меня нет ненависти к нему. Понимаю… даже завидую, он сейчас ближе к ней…может проститься… А я… меня как всегда нет… никто… призрак…
Не знаю, как мне хватило сил выстоять. Как сдержался и не прибил отца прямо там на кладбище.
Лети голубка!
И она летит на небеса…
А ворон остается коптить землю, у него сломаны крылья и никогда больше ему не взлететь.
Глава 28
Карина
— Это вы… вы их позвали! — смотрю неотрывно на его усы. Мерзкое зрелище, но почему-то взгляд невозможно оторвать. Меня затягивает в черное, вонючее болото, чувствую как липкая и грязная жижа прилипает ко мне. Ничего не могу сделать. Не представляю, как освободиться.
— Зачем мне это, — снова эта мерзкая улыбка.
А вдруг полиция по другому поводу пришла? Мало ли кого они ищут. Знать бы…
Мысли лихорадочно крутятся в голове. Ни на что не могу решиться… От этого Льва точно ничего хорошего не ожидаю. Если Вадим узнает, что я бежала с его ребенком… это конец всему.
Решение приходит мгновенно.
— Простите, — мямлю.
