Автор
Го ребёнком в животе, я выжила. Забыла прошлое. Начала заново жить. А вот он снова появляется передо мной — дико злой и ведь обманул всех, скрыв единственного наследника их семьи... Пролог: Я говорила, надо было аборт делать — подружка, как всегда, не разделяет моего решения. Уже девяти месяцев говорит одно и то же, кажется, специально делает это для меня....
Замахивается, и я жмурюсь, понимая, что сейчас будет больно.
Я сама виновата. Не надо было его провоцировать.
Но удара не следует.
Открываю глаза и вижу руку. Буквально перед моим лицом. А её держат чьи-то сильные пальцы.
Перевожу взгляд — вижу Валида. Смотрит только на брата.
— А вот это лишнее, — цедит сквозь зубы.
Глава 9
Мы приходим домой, и я вся сжимаюсь от страха.
Тогда, в доме, мне помог Валид. Касим демонстративно сделал вид, что всё нормально. Поутих. Извинился (очень неискренне) и сказал одеваться.
А сейчас… Никто не поможет. Но я надеюсь, что Касим не настолько ублюдок, чтобы бить девушку с его «сыном», который принесёт ему немалую власть.
Сегодня мне везёт. Муж тут же скрывается в спальне.
В один момент мне кажется, что он пошёл за ремнём.
Но нет.
Он не вернулся ни через десять минут, ни через двадцать.
Всё это время я сижу на кухне, пью чай с ромашкой. Пытаюсь успокоиться.
И до сих пор не верю, что меня используют. Как и моего сына.
Такой бред…
Нет, это я наивная дурочка.
Встаю со стула, аккуратно иду в спальню. Нет. Я должна выяснить, что станет с нами потом, когда я рожу, а муж станет шейхом.
На цыпочках дохожу до спальни, но не решаюсь войти внутрь.
Слышу почти шёпот Касима.
— Мне начинает это надоедать, Шадид. Я не могу терпеть две недели.
Сглатываю, боясь что-то не услышать. Вновь прислушиваюсь.
С кем он говорит?
— Давай подкупим врача. Пусть завтра же ей сделает кесарево.
Что?..
— А потом разберёмся.
Кровь стынет в жилах.
Он сейчас серьёзно это сказал?
Делаю шаг назад.
Пол скрипит.
Сглатываю, боясь пошевелиться.
Не верю.
Не могу этого сделать.
Я так же тихо, пока не попалась, иду обратно. В ванную. Специально включаю воду, чтобы сделать вид, что мою руки. А сама сажусь на крышку унитаза и корчусь.
Живот режет. Так сильно, что чуть не кричу.
Тянет. Как иглой огромной пронзают.
Не выдерживаю. Постанываю, чуть ли не скрючиваясь в три погибели.
Но была бы у меня такая возможность — я точно свернулась бы калачиком здесь на полу и прорыдалась.
— Аврора? — слышится отдалённо. Так обеспокоенно, будто я реально важна этому человеку. Нет. Ничего подобного. — Ты кричала?
Шаги становятся громче, отчётливее. Как и голос.
Который уже раздаётся над головой.
— Ты в порядке?
Его рука на плечо опускается.
И именно там током бьёт.
Дёргаюсь и шиплю сквозь зубы:
— Уйди.
