Он подошёл ко мне со стопкой бумаги.
— Договор, что мы обсуждали с японцами, нужно перевести на их язык, с соответствующими правками, — он положил толстенную стопку на мой стол. — Так же в договор с Глобал корпорейтед внесены небольшие изменения. Здесь вот сноски в конце страницы, — Богдан склонился ко мне, вторгаясь в мое пространство очень интимно. Мне показалось или он обнюхивает меня?
— Приятные духи, — нет, не показалось.
— Я не пользуюсь духами на работе, — я почему то покраснела. Кажется, он флиртует со мной.
— Так это ты так вкусно пахнешь? — его голос понизился до хриплого шёпота.
Ах мерзавец! Он точно соблазняет меня. Закипая от гнева, повернулась к нему.
— Богдан. Давай кое-что проясним. Я замужем, — ткнула в кольцо на безымянном пальце. — Я очень люблю Глеба. Он, скрипя сердцем отпустил меня на работу. Мне важно стать самостоятельной, но я не хочу, чтобы моей семейной жизни грозила опасность. И я без колебаний брошу работу, хотя мне по-настоящему нравится работать с тобой. Если ты так будешь себя вести, мне придется уволится. Ты для меня босс, может станешь другом, но не больше. Я никогда не буду ему изменять.
— Я тебя понял. Прости. Это не повторится, — Богдан пустил в ход свою ангельскую улыбочку. Ну как сердиться на него?
— Ты невозможен. Иди садись в свое кресло начальника и дай мне поработать, — я толкнула его в плечи и принялась за перевод.
Неприятный инцидент быстро забылся. Вечером Богдан позвал меня на ужин.
— Ну давай, Олеся. Просто дружеские посиделки в баре. Весь офис идёт. И кстати, мы так и не отпраздновали начало твоей работы у нас, — я изучающе смотрела на Богдана, хотела понять нет ли тут сексуального подтекста, и не продолжение ли это утренней сцены. — Брось, Лесь. Я обещаю. Ничего такого. Я же говорил это. Твой муж вернётся только завтра, ты же не хочешь снова скучать одна? — надо фильтровать все что говорю. Я однажды пожаловалась как мне плохо без него, как я тоскую в этом огромном доме, а он запомнил. — Кроме меня, там будет ещё человек пять-шесть. Не стоит отрываться от коллектива, — он пустил вход свою ослепительную улыбочку. Подлец прекрасно знает как действуют на людей его чары.
— Хорошо. Пара бокалов и я уйду.
— Отлично, — он повесил пиджак на плечо, мы вышли в холл. У лифта толпа народа бурно обсуждала предстоящую пятницу-пьяницу и делилась тем, как уйдут в отрыв.
— Олеся, — обратился ко мне зам. — Вы с нами?
— Да, Богдан меня уже позвал.
