Автор
Макар медленно приходит в себя после очередного срока операции. В руках он держит новорожденную девочку, а рядом стена больницы кажется бесконечно далекой и холодной. Ира внимательно наблюдает за ним, бережно помогая перевязать голову Макара. Здесь каждый миг важен — от срыва хирургического звена до создания нового звена в семье....
Так теперь будет всегда? Они будут делить внимание отца? Перетягивать его каждый на себя, словно узкое одеяло на широкой кровати?
Понимаю, что не должна об этом думать. Какое мне вообще дело? Главное, что Измайлов внимание сыну уделяет. То, как он ведет себя с другим меня касаться не должно. Однако я так не могу. Сделать вид, что я черствая не получается, ведь я не такая. Думаю, хотя Макару об этом не говорю, хочу, чтобы он сам это решил. Избавил меня от необходимости в этом участвовать.
Я почему-то думаю, что мы поедем вместе с группой в автобусе, но Макар ведет нас с сыном к минивэну, припаркованному неподалеку.
В аквапарк мы едем втроем. Сын без умолку болтает, спрашивает, что там будет, на каких горках ему разрешат кататься. Он еще мелкий, поэтому я уверена, что не на многих, но у Тима, конечно же, свое мнение на этот счет. Он рассказывает Макару, что хочет на самую высокую и экстремальную. Ну, конечно же, потрепать матери нервы.
Мы приезжаем через полчаса. Машина паркуется у входа, мы выбираемся наружу. У оборудованного входа в аквапарк нас проверяют. У Макара в рюкзаке действительно полотенце, а еще халат для Тима. Нам выдают браслеты и пропускают внутрь. Около десяти минут уходит, чтобы разместиться на шезлонгах. Следующий час мы тратим на то, чтобы исследовать территорию, узнать, на какие горки можно ребенку.
Нарукавники тоже взял Макар. Я о них почему-то не подумала, хотя нужно было.
— Идем? — спрашивает у меня Макар и кивает на лестницу.
Я мотаю головой. Не собираюсь даже. Тем более, Тимофей будет съезжать отдельно. Внизу хоть и стоят спасатели я, пожалуй, тоже останусь. Буду следить за своим сыном, ведь кто справиться с этим лучше матери?
Глава 31
— Мама, там так… так…
У сына перехватывает дыхание почти после каждого слова. Он делает вынужденные паузы, чтобы сделать вдох и, наконец, выговаривает:
— Круто там!
Он весь мокрый.
— Не хочешь присоединиться?
Голос Макара рядом звучит неожиданно. Я вздрагиваю, поворачиваюсь к нему. Он стоит весь мокрый. С него, как и с сына, стекает вода струями. И он тоже доволен до невозможности, улыбается, настроение у него шикарное.
— Нет.
