Автор
В встрече в аэропорту — такая неловкая приветственная улыбка и смех ребенка разрушают напряжение. Я вынуждена явиться к человеку, которого совсем не хочу видеть, но в дверях дома чувствую себя по-домашнему комфортно: хозяйка рада меня видеть. Внутри домов ощущается иной атмосферой — он наполнен непредсказуемым теплом и загадкой, что неизбежно заставляет задуматься об истории этой семьи....
Платон не знает, что говорит о самом себе.
И о моих чувствах к нему.
Каждая встреча с Платоном добивает мое сердце, и так раскрошенное на осколки. Поэтому зря он просит меня передумать насчет моего прошлого. После такого унижения дорога у меня одна — в армию.
В Израиле нет предубеждения о том, что в армии не место женщинам. В России с этим сложнее. Я была бы рада стать женой и матерью, но мужчина, которого я люблю и тот единственный, с которым это возможно, никогда не станет моим.
Платон обвиняет меня в излишней романтике, но я-то как раз смотрю на жизнь ясно.
Но когда Платон предложил за секс деньги, я словно рухнула с небес на землю. А после меня добила его реакция на мое разоблачение.
Если в тот вечер в балетном зале Платон ненавидел меня, и я чувствовала его ярость в словах, глазах и каждом жесте, то теперь он снова относится ко мне хорошо, «как к дочери».
А мне от него нужна любовь.
Страсть. Желание.
Я хочу, чтобы он относился ко мне, как мужчина относится к любимой женщине.
Но это не мой случай.
— Я вас услышала, Платон.
Я снова выкаю, но делаю это не специально. Иллюзия развеялась, правда сказана вслух «я бегаю за мужчиной, которому не нужна». И он сказал это сам.
Так что пусть все остается так, как раньше. Он — лишь отец моей подруги, а я — лишь ненадолго вернулась в Россию. Так будет проще свыкнуться с мыслью, что те несколько часов в отеле прошли и никогда не повторяться.
Как чересчур реалистичный сон.
— Он ведь придет? — не отстает Платон. — У тебя же с ним назначено свидание здесь? Хочешь, я с ним поговорю, как мужчина с мужчиной?
Фыркаю, и Платон хмурится. Как будто я поставила под сомнение его мужественность. Мне же смешно оттого, что он собирается говорить с самим собой.
— Никто не придет.
— Но твоя одежда…
— Сегодня с Юлей мы идем в клуб. У меня просто не будет другого времени, чтобы переодеться.
Глаза у Платона лезут на лоб.
— Юля собралась в клуб? А как же Егор?
— Костя посидит с ним.
— И в какой клуб собрались? — барабанит пальцами по столу.
— Не знаю, Юля выбирала.
— И ты пойдешь в таком виде?
Платоном в роли заботливого папочки решил поиграть в «Модный приговор»?
— Не совсем. Под водолазкой у меня топик без бретелек.
Платон медленно кивает, а взгляд становится задумчивым.
