Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
Девушка останавливается каждые несколько метров и громко вскрикивает, бубнит что-то под нос и разговаривает с ребенком. Ощущение, что к стоянке мы идем целую вечность."
"— Садись на заднее сиденье. — Открываю перед ней дверцу и встречаюсь с проблемой, что Ира просто-напросто не может забраться в мой «крузак». Слишком высокий подъем, из-за которого мне приходится буквально затаскивать ее внутрь.
Наверное, в любой другой раз я бы посмеялся над такой нерасторопностью, но сейчас, когда в моей тачке вот-вот родит незнакомая женщина, мне абсолютно не до смеха.
К счастью, на дорогах пусто, поэтому я вдавливаю педаль газа до упора и мчу в сторону роддома. Постоянно посматриваю в зеркало заднего вида на Иру, и от того, как тяжело она дышит, самому становится плохо. Хоть бы успеть.
— Оставь уже в покое этот телефон. Если бы он хотел, давно взял бы трубку, — произношу с раздражением, потому что всю дорогу девушка только и делает, что пытается дозвониться до кого-то.
— Я звоню доктору, который должен принимать у меня роды, — сдавленным голосом произносит она.
— Начало первого, он, должно быть, давно спит.
— Нет, это нормально, даже если бы я в два позвонила. Я договаривалась с ним. — Она отворачивается к окну, нервно кусает губы и вновь подносит к уху телефон. Несколько раз шипит от боли, а по щекам текут слезы. Я начинаю нервничать, крепко сжимаю руль, следуя за навигатором.
— Приехали, — выдыхаю с облегчением, понимая, что в моей машине никто рожать не собирается. По крайней мере, сегодня.
— Помоги мне. — Девушка открывает дверцу и смотрит на меня своими пронзительными глазами
— Сейчас. — Она с трудом выбирается из машины даже с моей помощью. В какой-то момент настолько сильно сжимает мою руку, что, бьюсь об заклад, завтра обязательно на этом месте появятся синяки.
— Прости, — смотрит на меня виновато и отдергивает руку. Мне становится жаль ее. Она собирается родить прямо после того, как узнала, что парень, который в ее мыслях давно уже был мужем, на самом деле бросил ее.
Я прикрываю глаза, решая, что моя доброта ни до чего хорошего не доведет, но бросить ее перед роддомом просто не могу. Не по-мужски это как-то. Достаю из машины сумку и, поддерживая Иру за локоть, иду в сторону приемной.
Пять ступенек вверх даются ей с трудом, она крепко держится за мой локоть, дышит громко-громко, и мне становится страшно, уж слишком бледной и измученной она выглядит
— Доктора! Срочно! Девушка рожает, — громко выкрикиваю, открывая дверь.
