Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
Рыжуля навязала тебе своего ребенка, а ты и рад, — отчитывает меня.
— А кто сказал тебе, что это не мой ребенок? — Складываю руки на груди и смотрю на нее с вызовом. Между нами повисает тишина, из детской комнаты слышится плач Тимура и тихий голос Ирины, которая что-то напевает ему, пытаясь успокоить.
Света замолкает на какое-то время. Смотрит на меня изучающим взглядом, хмурится.
— Нет, это бред, — осевшим голосом говорит она, и я замечаю, что она нервничает. — Зачем тебе скрывать ребенка от родителей?
— Не успел познакомить их, а Лена молчала как партизан.
Я игнорирую взгляд Светы, снова набираю службу такси, но диспетчер огорчает меня словами: «Извините, но в связи с погодными условиями в вашем районе нет свободных машин».
Да чтоб тебя! Сговорились, что ли?
Я не пропускаю Свету в квартиру, мы так и топчемся в прихожей. Я начинаю нервничать и злиться, когда через десять минут так и не удается найти для нее автомобиль. Совесть все же не позволяет выставить ее вот так за дверь, в метель, хотя она заслужила именно этого, но и оставлять ее на ночь у себя не собираюсь. Перебьется.
Замечаю какое-то движение сбоку, поворачиваю голову и встречаюсь с испуганным взглядом Ирины.
Света громко хмыкает и в открытую изучает ее с ног до головы. Ира замирает на месте. Бледнее обычного, ее взгляд виновато бегает из стороны в сторону, пальцы теребят края шелка, она не знает, куда деть себя, словно думает, что помешала чему-то очень важному.
— Простите, — прочищает горло она, подтверждая мою догадку. Скорее всего, решила, что Света моя девушка и теперь из-за присутствия Иры у меня могут быть проблемы.
— Это моя бывшая жена Света, а это Ирина, — решаю развеять ее неверные мысли.
Я намеренно не обозначаю статус девушки, воображение Светы и так дорисует нужные вещи. Глаза Ирины удивленно расширяются, словно новость о бывшей жене поразила ее настолько же, как если бы я сказал, что был женат на мужчине. Губы вытягиваются, с ее рта срывается протяжное: «О-о-о».
Света хочет что-то сказать, но я останавливаю ее взмахом руки.
