Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
— Я уеду на несколько часов, Света боится садиться за руль из-за метели, поэтому я отвезу ее домой и сразу же вернусь, — не знаю, зачем объясняюсь перед девушкой, обозначая нашу с бывшей женой дистанцию. — Если что-то нужно будет или почувствуешь себя плохо — звони.
Ирина поворачивается ко мне лицом, между ее бровей идеальной формы залегает вертикальная складка, девушка усиленно думает о чем-то, потом вдыхает, расслабляется, делает несколько шагов к кровати.
— Ты не обязан отчитываться, и со мной ничего не случится, если ты не будешь ночевать дома.
Я все-таки прав: она все поняла по-своему. Девушка откидывает в сторону уголок одеяла и прячется под ним от моего взгляда.
— Я постараюсь быстро. Если хочешь, могу лечь на диване, я же понимаю, что я для тебя чужой и спать в одной постели со мной у тебя нет никакого желания.
Вру. Ничего я не понимаю. Говорю это из вежливости. На самом деле, даже если она и попросит лечь в гостиной, я все равно завалюсь в спальне, потому что за полгода отлежал себе спину на неудобном матрасе и спать в собственной постели для меня сродни блаженству.
— Нет, все нормально, это ведь твой дом, мне и так неловко за все произошедшее и за то, что пришлось вновь потревожить тебя. Только возьми из шкафа запасное одеяло, пожалуйста, — несмело просит она.
— Хорошо, — киваю, а потом иду в гардеробную и быстро надеваю на себя теплую одежду. — Сладких снов, — бросаю на ходу, выхожу из комнаты и сразу же натыкаюсь взглядом на Свету.
Света молчит, все время хмурится и раздумывает о чём-то. Время от времени бросает на меня странные взгляды, явно хочет что-то сказать, но не произносит ни слова, и я рад этому. Клянусь, если она вновь заведет разговор о том, чтобы возродить наши отношения, я просто высажу ее у обочины дороги. В метель. Ночью. На морозе.
— Новая машина? — вопросительно изгибает бровь, когда мы спускаемся на лифте в паркинг и я снимаю с блокировки сигналку.
— Да, только купил, — решаю, что открывать перед ней дверцу будет слишком, перебьется, поэтому обхожу свой внедорожник, сажусь на водительское сиденье, жду, когда и Света заберется внутрь, а потом завожу мотор, включаю обогреватель и выезжаю на улицу.
Снега уже намело немало. Дороги заметены, но не настолько, чтобы вообще не проехать.
