Автор
В трубке слышится беспокойство и детский плач, но это лишь начало приключений в мире Отец подруги. Навсегда твоя — роман о женщинах, которые не выдерживают жизненных испытаний, а вместо этого становятся их катализаторами.
А затем переводит внимание на коляску, которую я тут же отпускаю и ее, словно по команде, подхватывает Лаура. Она же и катит Даню дальше. Вперед. А я остаюсь стоять на месте. И никак не могу взять себя в руки. А когда Дамир начинает шагать ко мне, так и вовсе кажется, что свалюсь в обморок.
Он должен был уехать. Почему он все еще здесь?
Глава 12
— Таисия, — приветствует он меня, щурясь и заглядывая мне за плечо.
Нет. Нет. Нет.
— Здравствуй, Дамир, — выдавливаю из себя, чувствуя, как от волнения кружится голова, даже в глазах словно белые пятна мелькают.
Я ничего от него не скрываю. Ничего не скрываю. Ведь правда ничего — кого.
— Пришлось задержаться ради одного события, — медленно отвечает он, теперь уже откровенно пялясь мне за спину.
— Что такое? — удивляюсь я, надеясь, что не сильно наигранно, — что ты там такое увидел? — оборачиваюсь, будто бы не понимая.
— Ты не говорила, что стала мамой.
— Что? — смеюсь, понимая, что еще чуть-чуть и белые точки в глазах заполонят собой все на свете, превращаясь в белый туман, который накроет меня в казалось бы спасительном обмороке.
Но я стою. Стою и непонимающе лупаю на Дамира глазами. Наверное, он был прав когда-то, сказав, что во мне умирает потрясающий актерский талант. А возможно я просто переоцениваю свои силы.
Да только мать, защищающая своего ребенка, и не на такое способна.
— Это сын моей подруги. Да и… даже если бы я стала мамой, почему я должна была сообщить тебе эту информацию? — взгляд Дамира мгновенно стреляет в меня, лицо суровеет, он собирается что-то сказать, но я намеренно не даю ему этого сделать, — это бы касалось только меня, и моего мужчины. Еще работодателя, — усмехаюсь. — А ты больше ни первое, ни второе.
Дамир сверлит меня взглядом, а я даже рада этому, чем дольше он смотрит на меня, тем дальше отсюда уезжает Лаура с моим сыном.
Не видать тебе его никогда, Дамир Давидович. Не покажу. Не покажу и не отдам. Никогда.
— Да, ты права, — кивает Булатов и даже будто бы улыбается. Натужно, не искренне, но все же пытается. — Беги, а то они тебя вон ждут стоят.
Вот же черт. Лаура же знает, что у меня запись в салон красоты. Могла бы и ехать без меня.
— Да, я пойду, — отхожу на шаг, и все же спрашиваю.
