Автор
Дрожащие руки и волосы на щеках свидетельствуют о напряжении, когда Ульяна решительно заявляет: "Мой отец возвращается!" Этот прямолинейный признавание буквально вытягивает ее из себя. Я словно смотрю издалека на происходящее, а сам стираюсь под давлением этой тайны и неизвестности....
На том конце провода Дамир! Его голос я сразу узнаю. И ощущаю вовсе не страх, а радость.
Да что же со мной!
— Собирайся. Только побыстрее. Десять-пятнадцать минут, и я у тебя.
— Зачем?
— Поедем к юристу насчет твоей сестры. И по пути где-нибудь позавтракаем. Юрист все равно с девяти.
— Хорошо, я буду готова, — из последних сил держусь, чтобы не завизжать.
Так не бывает! Так просто не бывает.
Как только вызов прекращается, начинаю подпрыгивать на месте. Я стараюсь сильно не топать, чтобы не тревожить Виолетту Михайловну, но эмоции меня накрывают через край.
Думать, о том, что Булатов делает это с какими-то корыстными целями, я не хочу. Потому что не понимаю, что ему может быть понадобиться от меня кроме часов. Часов, которых у меня нет. Так что выходит, он в любом случае ничего от меня не получит, а помочь может.
Через десять минут я выхожу из подъезда и вижу как подъезжает к ровно назначенному сроку машина Булатова.
— Доброе утро, — произносит Дамир.
Холодно, равнодушно, даже не глядя в мою сторону. Он выворачивает руль, чтобы быстрее выехать со двора, но я все равно рада его приветствию. Он мог бы сказать просто привет. Или вообще ничего не сказать, а он пожелал мне доброго утра.
— Действительно доброе, — отвечаю я и легко-легко улыбаюсь.
Кафе, куда мы приезжаем, полупустое. Дамир делает официанту заказ сам.
На завтрак нам приносят блюдо визуально очень похожее на свернутый в трубочку блин, но когда я начинаю есть, то понимаю, что это омлет. Вкусно. Действительно вкусно. Нужно будет попробовать самой тоже приготовить что-нибудь похожее.
Дамир расправляется с едой первый. Мне становится в этот момент немного неловко.
— Спасибо, — искренне и очень радостно произношу я, как только мы встаем из-за стола. — Было вкусно.
— Не за что, — холодно отвечает он, и все так же не глядя на меня идет к выходу из кафе. Правда толкнув дверь, он замирает, придерживая ее, и я понимаю, что он пропускает вперед меня. Как истинный джентльмен.
