— Нужно было сразу мне об этом сказать, — снова привлекает к себе, крепко обнимая. — Я бы в таком случае не пил и сам отвез тебя в город. Ты из-за этого такая напряженная весь вечер и боишься на меня лишний раз взглянуть? Глупенькая, — целует меня в макушку.
Я и впрямь чувствую себя сейчас дурочкой. Накрутила себя, вызвала водителя…
— Пообещай, что в следующий раз сразу будешь говорить правду и не переживать по пустякам. Я буду ждать столько, сколько тебе нужно, — снова обжигает мою щеку дыханием и оставляет целомудренный поцелуй на губах.
Последующие полтора часа мы смотрим фильм по телевизору, а когда мой телефон подает признаки жизни и на него приходит входящее сообщение, я, не глядя на экран, начинаю собираться.
— Водитель уже приехал?
— Да, — киваю я, засовывая зарядку от телефона и сам телефон в сумку.
Сергей выходит со мной на улицу, чтобы проводить меня до машины, а я опять начинаю перед ним извиняться, на что он криво ухмыляется и заверяет, что все в порядке.
Мы подходим с ним к воротам, фонари ярко освещают улицу.
Я сразу замечаю седан Бориса Александровича и его самого, стоящего возле машины. На мгновение замираю, чувствуя, как земля уходит из-под ног, и сильнее вцепляюсь в локоть Сергея. Разве за мной не должен был приехать Виталий?
— За тобой не водитель должен был приехать? — спрашивает Сергей, озвучивая мои мысли, когда мы направляемся к машине Лениного отца.
В черной футболке и джинсах, без строгой сдержанности в образе, Борис Александрович выглядит моложе на несколько лет.
— Наверное, у него не получилось, — растерянно пожимаю плечами, потому что удивлена не меньше Сергея. Я никак не ожидала увидеть Лениного отца на месте Виталия.
— Здравствуйте, — Сергей протягивает руку Борису Александровичу, но тот не торопится ее пожимать, а окидывает меня серьезным оценивающим взглядом и только после этого сдержанно кивает в ответ.
Мое сердце грохочет в груди, ладони становятся влажными за секунду от нового витка волнения, но уже по другому поводу. Борис Александрович проделал такой путь ради того, чтобы забрать меня, потому что у Виталия не получилось за мной приехать, или это его личная инициатива?
Сергей кладет мою сумку на заднее сиденье, обнимает меня за талию и касается губами щеки.
На виду у Лениного отца, который и не думает отводить от меня глаз, вызывая внутри напряжение такой силы, что ещё немного, и я свалюсь в обморок."
"— Позвони, как доберешься, — произносит Сергей, открывая для меня дверцу машины.
