Автор
После разрыва с мужем, женщина готова на экстремальные меры для спасения своего ребенка, даже будучи вынуждена обратиться к бывшему партнеру. Каждый шаг подталкивает ее к новым граничам, заставляя вспоминать о прошлом и держаться наступающей пандоре надежд и страхов.
— И я больше не хочу его терять. Поняла?
Изумленно смотрю на него, не веря собственным ушам. Это правда? Он действительно все это говорит? Или это моя фантазия?
— Т-ты…
— Я не отдам тебя Емельянову. Ни тебя, ни сына.
Фамилия Володи напоминает о сегодняшнем разговоре, и внутри холодеет. Я же ведь от отчаяния согласилась на помощь Владимира…
— Назар, я…
— Хочешь вернуться к нему? — практически рычит тот.
— Что? Нет, конечно, нет!
— Вот и хорошо. Потому что я все равно не позволю!
Жмурюсь от страха перед тем, что собираюсь сделать.
— Мне нужно тебе кое в чем признаться, — шепчу, а сама умираю от паники. — Это касается Володи…
Приоткрываю глаза и встречаюсь с мрачным взглядом Адамиди. Он снова выглядит холодно и отчужденно…
— Говори, — требует Назар. — Он звонил?
— Звонил, — признаюсь. — И я… Прости, но так вышло, что я ему рассказала о моих проблемах.
Стыдно, но я трусливо прикрываю глаза, потому что видеть холод в глазах бывшего, особенно после его слов, очень нелегко.
— О твоих? — хрипло выдыхает он. — Твоих?! Смотри на меня! — Испуганно распахиваю глаза. — У тебя нет твоих проблем, Поль. Они теперь наши. Общие. Как и сын.
Я вижу, что он злится. Сильно злится. Но испытываю странное облегчение. Потому что Назар не отказался от меня. Принял. Целиком. С моим непростым багажом.
— Спасибо…
Вместо ответа он снова целует меня. Припирает к стенке и жадно шарит руками по бедрам, здания юбку все выше.
В первые мгновения я почти не реагирую — настолько ошарашена его напором, а потом до меня доходит, что мы посреди холла, в доме свекров, и…
— Наз-з-зар! — шикаю на него. — Не здесь же…
— Что еще ты рассказала Емельянову? — резко спрашивает он, отстраняясь.
— Ничего особенного. Только то, что я связалась с кем-то опасным.
Нервно сглатываю под темным взглядом бывшего.
— Не уверена, что я справлюсь? Думаешь, не смогу защитить?
— Прости меня, — всхлипывая тихо.
— Володя, значит.
Я уже собираюсь снова начать извиняться, но Адамиди кладет мне пальцы на рот, вынуждая молчать.
— Хватит, Полиш. Я сам все решу. И пока не разберемся, не звони ему, поняла?
— Да, — послушно киваю. Я бесконечно благодарна Емельянову. Правда. Но если расставлять приоритеты, то моя семья все же важнее.
