Автор
После разрыва с мужем, женщина готова на экстремальные меры для спасения своего ребенка, даже будучи вынуждена обратиться к бывшему партнеру. Каждый шаг подталкивает ее к новым граничам, заставляя вспоминать о прошлом и держаться наступающей пандоре надежд и страхов.
После я обязательно извинюсь и постараюсь искупить свою вину перед Мишей.
— Вот и умница. И еще… — он замолкает многозначительно, а я, кажется, готова в этот момент сделать все, что он только попросит. — Как наш сын?
От его слов разливается такое тепло, что я не могу сдержать счастливую улыбку. Боже, я ведь практически попрощалась с надеждой сегодня! А сейчас — мы вместе. И, похоже, делаем первые шаги друг к другу.
— Хорошо. Он сейчас с твоей мамой. Наверняка соскучился по тебе. Ты так рано уехал…"
"— Так было надо, — сдержанно отвечает Назар.
Я все понимаю. Мне не на что обижаться. Я рада уже и тому, что есть.
— Я сегодня весь день думала, пыталась вспомнить хоть что-то…
— И?
— Ничего. Кроме того, что я увидела вчера. Но я клянусь, я не изменяла тебе. Я точно это знала тогда.
Бывший муж медленно кивает. Вижу, что ему все еще непросто говорить на эту тему. Но мне необходимо расставить точки окончательно.
— Я понятия не имею, что вскроется, когда память вернется. Не знаю, почему я не рассказала тебе про Платошу.
Он снова сдержанно кивает и оставляет осторожный поцелуй у меня на губах.
— Идем. Хочу увидеть сына.
Назар берет меня за руку и ведет за собой, а я краснею и смущаюсь, словно школьница, которую позвали на свидание. Потому что ну… Ну, это ведь отчасти так и есть!
Я до сих пор не помню ничего, кроме тех вспышек в памяти, но с каждым днем проникаюсь к бывшему теплом, тянусь к нему, словно он — часть меня. Я не помню этого, но чувствую на каком-то непонятном уровне.
— 25 Назар -
Конечно, я в бешенстве от наглости Емельянова. Надо же, упырь какой, не постеснялся в обход меня к Полине грабли свои протянуть. Да только хрен ему, а не моя жена. Пусть и бывшая.
Да, пока у нас все непросто. И прошлое до сих пор для меня тема острая. Но попробовав представить ее где-то там, с другим, я понял, что ни черта я не готов ее отпустить.
Наверное, мама в чем-то права была, когда намекала про второй шанс. Тем более, что, как выяснилось, Полина-то и не изменяла. Конечно, я себя вины не снимаю — мог бы и перепроверить. Но сначала был настолько оглушен, а потом… Закусился. Слишком уязвленно себя ощущал, потому и махнул рукой.
Теперь же у меня нет права на ошибку. Да и сама Полинка явно тянется ко мне, не помнит, но все равно отвечает на поцелуи так, что коротит все внутри.
