Тем временем Надежда стояла в дверях отеля, чувствуя под ногами полированные плиты и глянцевые стеклышки. Жизнь здесь была словно заморожена, ожидая новых гостей, но внутри было еще более пусто и холоднее, чем за пределами. Атмосфера отеля последней надежды держала время в кулаке, создавая невероятную тишину вокруг....
Собственно, эти складки — последнее, что осталось в голове у Коли Санькова, где все тоже пошло складками, и он вдруг осознал себя во дворе родной многоэтажки, на лавочке, сумка стоит рядом, в пыли, и из кособокой урны тянет тленом.
Трясущейся рукой он вытер мокрый, холодный лоб и огляделся.
И куда теперь?.. И что теперь?..
В голове неотвязно крутилась подлая и неуместная мыслишка, которую все повторяла его зараза-жена, — раньше нужно было думать! — но эту мыслишку он отверг. Как это он мог думать раньше, когда Натуся была столь неотразима! А до Натуси Танюша была хороша, а до Танюши, кажется, Надюша, а может.
К Натусе поехать нет никакой возможности — она не примет, а если вдруг примет, еще хуже!.. Тогда на ней придется жениться, значит, разводиться со старой женой, а как же ребенок?! Он, Коля Саньков, живет ради ребенка, это всем известно!
И.., лень.
Новая жена, новые хлопоты. Новые родственники, новые бигуди в раковине, новые чашки на кухне, да и сама кухня, выходит, новая! А где ее взять?! Придется снимать углы.
Коля Саньков, который в родном отеле руководил «лагидж-боями», то есть специальными людьми, что таскают чемоданы приезжающих и отъезжающих, а заодно и грузчиками, не хотел никаких таких проблем. Они его пугали.
— Ты чего сидишь, мужик? — вдруг спросил кто-то рядом. — Да еще с портфелем! — «Портфель» было произнесено с ударением на первый слог. — Ночевать, что ль, негде? Приезжий? Или жинка выгнала?
Коля осторожно повернул голову и посмотрел.
— А, чтобы тебя!.. — пробормотал мужичонка, поднял ключи и вытер руку о джинсы.
— Бабы, они такие, — продолжал он как ни в чем не бывало, и опять стал крутить ключи. — Они порождение сатаны, сказано в Писании!"
"Коля подпер рукой голову, в которой вертелись жернова, били отбойные молотки и несколько подъемных кранов все время роняли бетонные плиты, и ничего не ответил за неимением сил.
— Может, выпьешь со мной? — вдруг с надеждой поинтересовался мужик. — А то ведь у меня дома тоже змея подколодная затаилась, идти неохота, а выпить не с кем!
Коля Саньков отнял пальцы от воспаленных глаз и покосился на мужичонку. Даже это движение доставило ему невыразимые муки.
