Автор
В отеле «Дэсэо» ждут тех, кто ищет уединение и отрыв от повседневной суеты. Здесь нет проблем и исключений — только тишина ночей и спокойствие лагеря. Каждый гость получает номер по своему вкусу, созданный для глубоких размышлений и самопознания.
И ты захочешь, когда встретишь девушку, с которой будешь счастлив. Каждому из нас хочется чего-то своего, личного, закрытого. Ты совершеннолетний, а уже давно тебе не нянька, чтобы везде таскать с собой. Работай, учись заботиться о себе и жить самостоятельно, как все нормальные люди. Пора уже взрослеть. Пока у тебя в голове лишь развлечения и друзья.
‒ А что в этом плохого?
‒ Ничего. При условии, что развлекаешься ты за свой счёт. Твои друзья работают?
‒ Да. А теперь и я."
"‒ Надолго ли? ‒ Поворачиваюсь, не в силах удержаться от шпильки в адрес брата.
‒ Я не виноват, что у меня не было родителей! ‒ Понеслась. Давно мы не сталкивались лбами на этой почве.
‒ И у меня не было. Напоминаю тебе об этом. ‒ Стараюсь быть спокойной, но нож то и дело выскакивает из трясущихся пальцев.
‒ Не ты провела в детском доме два года! ‒ озлобленно выкрикивает, нависая надо мной.
‒ Не два ‒ полгода, а потом сделала всё, чтобы забрать тебя. Я работала, чтобы получить опеку над тобой.
‒ Плохо работала, если тебе потребовалось долгих два года, которые я провёл в аду!
‒ Про ад ты, конечно, перегибаешь, если начистоту, но приятного мало, соглашусь. Семь лет прошло, пора бы уже переживать это и пойти дальше.
‒ Напоминаю ‒ ты мне должна! Ты взяла опеку надо мной! ‒ почти кричит, размахивая длинными руками и задевая посуду на столе.
‒ Да, до совершеннолетия, но тебе уже двадцать один и ты отвечаешь за себя сам. К тому же, за четыре года опеки я достаточно вытаскивала твою задницу из передряг, в которые ты попадал с завидной регулярностью, так что свой ад я тоже прошла.
‒ Ах, вот как! А как же помощь родному человеку, а?
‒ Знаешь, какая-то однобокая помощь у нас получается, тебе не кажется? Я для тебя всё, а ты в меня претензиями бросаешься при каждом удобном случае.
